Вы думаете, попаданцы переносятся в волшебные миры и спасают от гибели города, королевства и целые планеты случайно? По велению судьбы, из-за бредовых пророчеств, произнесенных сошедшими с ума предсказателями, записанных в толстенных пыльных книгах? Ничего подобного. За это отвечает Бюро помощи иным мирам организация, призванная & да, именно помогать и именно иным мирам. Работка, надо сказать, не из легких, ведь нужно не только вести базу данных кандидатов на должность героя, но и придумывать для них квесты, снабжать одеждой и продовольствием, как бы случайно знакомить с нужными людьми и устраивать на ПМЖ тех, кто не захотел вернуться в свой мир.
Авторы: Одинец Илья
ровным счетом ничего, но раскрываться нельзя — меня ищут.
— Помню, чуть к праотцам не отправился, когда впервые себя в зеркале увидел. Не хочу повторений. К тому же народ у нас темный, необразованный, это ты книжки читаешь, да опыты ставишь, а с отца взять нечего. И министры его глупее не придумаешь. Казнят. Или в яму бросят, что одно и то же. Поэтому выбора у меня нет. Хорошо, хоть ты меня понимаешь.
Принц повел меня в парк, некоторое время мы шли по дорожке, потом свернули к кустам и вышли к большому поваленному дереву. Кто-то аккуратно спилил его, оставив небольшой, примерно по колено, пень. Александр сел на него и печально улыбнулся.
— В последний раз, считай, с человеком говорю, но ничего не поделаешь. Судьба. Да ты садись.
Я опустился на ствол и приготовился слушать, задавать вопросы пока не спешил, но придет и мой черед.
— Разлетаются королевские дети, как птенцы из гнезда. Отец сейчас с Николаем попрощается, да во дворец пойдет. Ты будь другом, не рассказывай сразу, дай время уйти подальше, все же я еще не привык к телу. А выход из парка нашел: горка у западной стены, на нее заберусь, через ограду перемахну, а там в леса подамся.
— В какие леса? — не понял я. Это что же, принц сбежать собирается?
— Не в Пахтинские, не волнуйся, жить мне еще не надоело. В Семеновские уйду, там, говорят, дичи много.
— Охотиться будешь?
— Куда деваться. От жареного, конечно, не отказался бы, да кто ж меня накормит? Я, Вань, тебе не говорил, но это не временно. Это навсегда.
— Что навсегда?
Загадки мне надоели.
— Ухожу навсегда. И в волчьей шкуре навсегда останусь. Выбора у меня нет, ведь чем дальше, тем меньше во мне человеческого. Оборотень — это всего лишь наполовину человек, а это очень мало. Для сына короля.
Я сглотнул. Вот так дела! Наследник престола — оборотень! Он что, и правда собирается бежать в лес охотиться на зайцев?
— Понимаю, тебе тяжело придется. Да и отцу, и всем, на меня ведь большие надежды возлагали, но я не виноват, что меня укусили. И рассказать-то только тебе осмелился. Отца просил не отдавать Николая в Мэрн, брата умолял дома остаться, не жениться на Ролане, но разве меня будут слушать?! Теперь вот на тебя вся надежда.
Александр поднялся, достал из-за пояса длинный узкий нож и с размаху воткнул его в пень, туда, где только что сидел.
— Прощаться давай, — голос его стал грубым, лающим, лицо посерело.
Я поднялся с поваленного дерева и протянул руку. Выглядел я, наверное, так, будто меня исподтишка стукнули по голове приличным поленом.
— Прости, что так все вышло, — произнес Александр. — А ты сам с самого начала знал, что я уйду. Взгляд у тебя особенный был, когда я обо всем тебе рассказал. Знал, да молчал. Ничего не поделаешь, судьба.
— Неожиданно все это, — пролепетал я. Больше из себя ничего выдавить не смог. Не останавливать же оборотня, в самом деле! Тут без вреда для жизни и здоровья не обойдется.
— Неожиданно, — согласился брат. — Если бы не тот иномирец, у тебя было бы еще года два или даже три, а так…
Александр вытащил из кармана пригоршню белого порошка, и бросил на пень.
— Соль. По-хорошему, надо дождаться полнолуния, но я не собираюсь жить вечно, — принц расстегнул камзол и бросил его в траву. — Одежду мою спрячь. Не хочу, чтобы кто—то догадался.
Молодой человек разделся и протянул мне руку.
— Береги себя.
— Ты тоже.
Я ответил на рукопожатие и едва не отдернул руку — ничего человеческого в ладони Александра не осталось, только кожа, под которой угадывалась готовая сформироваться волчья лапа.
— Нож лучше сразу забери, — вздохнул он.
Помолчал, потом присел и перекувыркнулся через пень. Когда его руки коснулись земли по ту сторону ножа, принц стал стремительно меняться, превращаться в волка. В большого широкоплечего волка с серебряной шкурой.
Я невольно отступил назад.
— Не бойся, — старательно выговаривая слова, произнес оборотень. — Тебя не трону. Но лучше в Семеновский лес не ходи. И людей не пускай.
Он мотнул лохматой башкой и помчался вглубь парка.
Я опустился на поваленный ствол дерева и уставился на нож, торчащий из пня. Вот тебе и на. Оборотень. Интересно, если я через пень перекувыркнусь, тоже клыки и хвост отращу? Нет, братец четко сказал, что его укусили, оттого и оборотнем стал. Черт. Не о том думаю. Он ведь серебряный, совсем как мой ночной гость. Выходит, они оба оборотни? А мне что делать? Вернуться во дворец и засесть в замке, пока меня не перестанут разыскивать или пока не найдут? Может, лучше спрятаться в другом месте? Только вот где? Мне ведь надо мага искать. И как выбраться с дворцовой территории, по периметру окруженной высоченной
