Вы думаете, попаданцы переносятся в волшебные миры и спасают от гибели города, королевства и целые планеты случайно? По велению судьбы, из-за бредовых пророчеств, произнесенных сошедшими с ума предсказателями, записанных в толстенных пыльных книгах? Ничего подобного. За это отвечает Бюро помощи иным мирам организация, призванная & да, именно помогать и именно иным мирам. Работка, надо сказать, не из легких, ведь нужно не только вести базу данных кандидатов на должность героя, но и придумывать для них квесты, снабжать одеждой и продовольствием, как бы случайно знакомить с нужными людьми и устраивать на ПМЖ тех, кто не захотел вернуться в свой мир.
Авторы: Одинец Илья
теперь мы идем к Власилиану? — полуутвердительно спросил я.
Ленка кивнула. На ее лице, как ни старался, я не нашел ни тени сожаления, ни тени отвращения, значит, она не против повидаться с «женихом». Я обогнал девушку на пару шагов и стиснул зубы. Что ж, все к тому и шло. Придется тебе, товарищ Пономарев, наблюдать за встречей разлученных влюбленных. Интересно, они сразу бросятся в объятья друг друга или все же постесняются? В любом случае, их лица скажут достаточно.
Мы вышли из рощицы и направились к городу.
«Изнутри» столица мне не понравилась еще больше, чем когда я смотрел на нее издалека. Все здесь казалось искусственным, неестественным, как профессиональная улыбка кинозвезды. Мостовая подметена, фасады домов украшены цветами, по обочинам не было ни соринки, словно город готовился встретить президентский кортеж. Заборы и те были в порядке, я не нашел ни одной отсутствующей или криво прибитой доски, а единственное пугало, увиденное мною в одном из дворов, горделиво носило вполне приличную рубаху и новенькую соломенную шляпу.
Неизвестно почему, это нервировало, а Ленка то и дело улыбалась и показывала пальцем то в одну, то в другую сторону.
— В том домике, за которым начинается кладбище, мы провели первую ночь. Помню, жутко боялась, что в окошко заглянет призрак, потому что хозяйка рассказывала о бродячих душах двух ее погибших братьев. Вон там ко мне пристал верзила, пришлось ему хорошенько наподдать, чтобы помнил, как вести себя с дамами. А там таверна «Заверни на огонек». На местном наречии это звучит лучше — «Каэнторвен». Там я встретилась с Хомой. Он лично продал мне кое-какие вещички. Я-то, глупая, радовалась, что облапошила простака, а на деле, все так и задумывалось.
— Слушай, — я удивленно поднял брови. — Я как-то раньше не задумывался! А ведь и правда! Куда девается языковой барьер? Я побывал уже в пяти… нет, в шести мирах, считая Бюро, и везде отлично понимал, что мне говорят. Как это получается?
— Над этим работает целый Отдел коммуникаций. Буду курсовую писать, объясню, но процесс не так прост, как может показаться, это не «прошептал заклинания, и все друг друга поняли», там целая система.
— Но как получилось, что я понимал речь, если Бюро не планировало моего перемещения? У короля Радомира и мысли не возникло, что я не местный!
— Значит, тот, кто переправил тебя в мир Торна, хотел, чтобы тебя понимали.
— То есть, хотел, чтобы меня приняли за младшее высочество, королевича Ивана?
— Скорее всего, да.
Мы прошли по главной улице мимо большого базара. Женщины в длинных юбках и цветастых шалях продавали яблоки и домашнюю выпечку, угрюмые бородатые мужчины выставили на обозрение плетеные корзины, вяленое мясо и огромные, с подушку, черные головы подсолнечников, а ребятня сновала между рядами, пробуя кислую капусту, маринованные грибы и семечки.
На базарной площади выступали скоморохи. Человек на ходулях играл серебристыми кольцами, одноногий инвалид жонглировал зажженными факелами, красивая брюнетка в блестящей юбке и откровенном топе, приседая и улыбаясь, ходила между зрителями с шляпой, собирая пожертвования.
Мы протиснулись сквозь скопление людей, глазеющих на представление, и снова вышли на главную дорогу. Она вела ко рву, огороженному невысоким забором. У места, куда опускается подъемный мост, дежурили двое солдат в серо-зеленой форме. Фуражки сверкали пришпиленными к ним металлическими знаками отличия, изображающими не то горных козлов, не то баранов. На остриях алебард болтались черные ленты.
— В королевстве траур, — качнула головой Ленка. — Значит, король отдал концы.
«Очень приятно, — промелькнуло в голове. — Теперь его высочество принц Власилиан превратился в его величество и стал завидным женихом».
Мы подошли ближе, и стражники скрестили алебарды, преграждая нам путь. Хотя идти дальше некуда — мост был поднят.
— Я думал, тебя узнают, — шепнул я Лаврентьевой. — Все-таки ты их спасительница.
— Я тоже думала. Эй, доблестные стражи, проводите спасительницу королевства, посланницу совета Пяти мечей, к его величеству.
— Не положено, — буркнул правый.
— Никак не можем, — гаркнул левый.
— Ну что за балбесы. Вы что, не видите, кто перед вами? Не узнаете?
— Видим, — буркнул правый.
— Узнаем, — гаркнул левый. — Но проводить не можем. Его величество никого не принимает.
— У нас траур.
— Видим, что траур, — не сдавалась Ленка. — Но мне очень нужно поговорить с его величеством.
— Не положено.
— Никак не можем.
— Попугаи, — выругался я и поманил Ленку в сторону. — Слушай, может шарахнуть по ним огненным смерчем?
