Мне нужна только ты

выругался. Другой побледнел. Все трое выглядели теперь весьма неуверенно и, забыв о выходе через подвал, ринулись к двери, паля из «винчестеров» и пистолетов. Однако город был готов защищать свои сбережения. Вся улица ощетинилась ружьями. Здесь царил настоящий ад.
В банке люди попадали на пол, едва началась стрельба. Демьен то ли не заметил этого, то ли просто решил пренебречь осторожностью. Он медленно подошел к двери и стал свидетелем гибели смельчака. Напротив, из дверей Первого национального банка, выскочили двое вооруженных грабителей с украденными деньгами. Какой-то мужчина ринулся вперед, чтобы перехватить их, и был тут же застрелен из «винчестера». Еще через секунду убили двух прохожих, двигавшихся навстречу убегающим бандитам.
Потом пуля прожужжала у Демьена над ухом так близко, что он ощутил ожог, и эта пуля, одна из тех, что свистели и летели во все стороны, привела его в ярость. Он не знал, на что направить свой гнев, пока не увидел Кейси, гнавшегося за удирающими гангстерами.
Это была какая-то всеобщая кровавая бойня. Кейси успел добежать до проулка, где Далтоны оставили лошадей, чуть раньше, чем прозвучал последний выстрел, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как Эммет Далтон кувырнулся с лошади.
Перестрелка продолжалась минут пять. Но за это время погибло четверо граждан, в том числе маршал, который находился в» городе и вступил в бой с Грэттаном Далтоном в том самом проулке. Оба пали в этой схватке. Проулок оказался настоящей ловушкой. Бандиты добрались до своих лошадей, но пользы от этого было мало — слишком много пуль встретило их на пути.
Роберт и Грэттан Далтоны были убиты. Дик Бродвелл и Билл Пауэре — тоже. Дулин, болтовню которого об ограблении подслушала Кейси, даже не появился.
Год или два спустя Кейси услышала, что в то утро лошадь Дулина захромала, и поэтому он задержался, но гибель подельников ничему его не научила. Дулин собрал собственную банду и продолжал творить свои кровавые дела. В тот день выжил только Эммет Далтон, но, когда он оправился от ран, ему вынесли смертный приговор в тюрьме штата Канзас.
…Увидев, к чему привела перестрелка, Кейси пришла в ярость. Она могла бы взять их всех живыми, в крайнем случае стреляла бы в ноги. Бандиты сдались бы без сопротивления.
Они бы остались в живых. Не то чтобы она сожалела об их смерти. Но они унесли с собой жизни ни в чем не повинных людей, а Кейси всегда выворачивало наизнанку, когда люди погибали, случайно оказавшись в неурочный час в неурочном месте.
Все эти жертвы она могла предотвратить, если бы приехала в Коффивилл чуть раньше. И она приехала бы. Вчера или даже позавчера, с большим запасом времени, если бы нелишний груз, который она подцепила в пути, — Демьен и его чертовы грабители.
Вине и Биллибоб сами по себе не слишком бы ее задержали. Разумеется, она двигалась бы медленнее, однако и не подумала бы охотиться ради них нынче утром, когда до города оставались сущие пустяки. Ее ничуть не заботило, что двум олухам придется немного поголодать. И она явилась бы вовремя.
Демьен — другое дело. Ей даже в голову не пришло сказать ему, что с едой придется подождать, пока они не доберутся до города, тем более что у таких крупных мужчин всегда зверский аппетит. К тому же он прибыл с востока, а тамошние люди, думалось ей, совершенно беспомощны, особенно в дороге. Она взяла на себя ответственность, позволив ему остаться в своем лагере, и, стало быть, ей следовало заботиться о его пропитании.
Но ведь ему вообще не стоило здесь находиться. А такому горожанину, как он, и вовсе не надо было отправляться на запад. То, что он сюда приехал, его и только его личное дело, его собственное решение, и потому ответственность за весь этот провал лежит исключительно на нем. К счастью, она не смогла излить свой гнев на него тут же — не то, не дай Бог, пристрелила бы…
Неожиданно Кейси почувствовала, что ее отбросило к ближайшей стене, ноги оторвались от земли и повисли в воздухе, а пончо, рубашка и даже лифчик оказались зажатыми в огромной руке Демьена. Кулак нацелился ей в лицо, секунда — и он раздробит ей кости.
Кейси готова была возопить о помощи, но ей даже некуда было отступить. Она представить не могла, что Демьен способен избить мальчишку ее лет, и, к своему величайшему облегчению, оказалась права, Демьен прорычал что-то низким, утробным голосом и отпрянул от нее, пронзив напоследок взглядом серых глаз, полных бешеной ярости.
Она не знала, в чем причина его негодования, но у нее-то причина была, и гнев ее не утих. В отличие от Демьена Кейси не мучилась сомнениями, особенно когда теряла власть над собой. Без малейшего промедления она въехала Демьену кулаком промеж глаз. Правда, не совсем точно попала в цель, потому что