туда нагов, чтобы показать им будущую родину. Может он им и не подойдёт по каким-то причинам.
— Им сейчас не до того, чтобы привередничать.
— Вот и я так же думаю. Они уже поняли, что военной силой они ничего не добьются, но выживать их расе как-то надо. У меня такая мыслишка закрадывается, что, если они там приживутся, так может вообще лет через пятьдесят все туда переселятся. Ребята они работящие и упорные, сделают империю на другой планете. Интересно, как там с магией?
— Насколько я помню из доклада, все заклинания срабатывали штатно, но я ещё раз подниму документы по этому переходу и уточню данные, — сказала Агнасан. — И вы знаете, Принц, это, наверное, самый лучший выход для всех. По крайней мере не будет повода для войны. И мы сбережём сотни эльфийских жизней.
— Если договоримся, то разведку проведём в этом месяце, а переселение уже после войны с драконами, — предложил Жора.
— Да это будет правильно, — согласилась Глава Совета магов Агнасан.
Королева Елизавета ругалась в апартаментах долго. С подписанием документа о перемирии все её планы по захвату эльфийских арилётов растаяли как дым. Маги ей чётко сказали, что смогут наложить на пилотов и охрану отложенные заклинания и экипажи при возвращении из Эдинбурга потеряют сознание, но остановить арилёты магически они не в состоянии.
— Мы не смогли определить заклятья на движение и на удержание арилётов в воздухе. Можно только попытаться разрушить их в полёте, но даже остатки нам ничего не дадут, — заявила придворный маг.
Нет, королева, конечно, могла наплевать на договор, попробовать перебить эльфиек после того как высадят её в саксонской столице, но за это зло ей воздастся сторицей и даже император ничем не поможет. Эльфийки могли вторгнуться в Саксонию с воздуха, прямо в Эдинбург, и вырезать там всех. После гибели десяти полков конницы, уничтоженных эльфами, очень много появилось саксонок, недовольных правлением королевы. Это недовольство усилилось с вестью, что орки перебили огромную армию нагов у реки Тебриз, а особенно после известий, что во всех королевствах анклава есть уже Первые матери, а Славия заполучила от Принца аж шесть мальчиков! Одна Саксония осталась на бобах, только из-за дурости управительницы.
Нет, конечно, договор о перемирии поднимет немножко её авторитет, но не настолько, чтобы подданные забыли остальные её промахи. И нападение на эльфов в Эдинбурге может стать последней ошибкой королевы Елизаветы. Казна пуста. Деньги, заплаченные нагами за проход по территории королевства, за год войны разошлись. Даже свита зло смотрит и ворчит, узнав, что за самца эльфийки платят всего по девять золотых, а в королевстве требуют пятнадцать. Одна магичка уже посетила мужской дом в Ярцеле, забеременела девочкой, и за полдня всех заставила изнывать желанием, рассказывая, какое там чудесное обслуживание. Подданные только что в глаза не называют тупой жадной сволочью. А ведь могла сообразить и послать агентов в Римию или Готию и ей бы достали инструкцию Элиэль и Марисан, внедрённую уже давно даже у орков. Родив двух девочек, Елизавета тупой не могла быть по определению, но управлять финансами не умела. Деньги текли в королевскую казну тонким ручейком, а уходили мощным потоком. Королева и не помнила времена, чтобы их было достаточно. Вот теперь надо готовиться к войне с драконами. Чем платить магам, на что возводить убежища? «А может попросить Принца, чтобы и в Эдинбурге показали иллюзию о драконах?» Мысль была здравой. По крайней мере хоть в столице сделает убежища за счёт знати.
— Жора, пойдём я чего тебе покажу, — сказала Марисан, принеся в комнату что-то, завернутое в тряпку.
— А куда пойдём?
— Да на улицу, за дворцом я видела кусок гранита, что от стройки подземного хода остался.
— Да, помню, неплохой кусок, так и просится чтобы столик сделали.
— Вот сейчас и обстругаем! — самоуверенно заявила Машка.
Плита лежала на двух деревянных подложках, блестя розовым в чёрную точечку гранитом. Два на метр, толщиной примерно сантиметров пятнадцать.
— Идея Жора применена твоя, наложить заклятие рассоединения на предмет, — сказала жена и достала их свёртка меч, похожий на скифский акинак с чуть изогнутой рубящей кромкой. Подошла к плите и примерившись ударила с лёгким потягом. Уголок плиты отпал, срезанный ударом. Марисан махнула ещё раз и срезала следующий угол.
— Рубит практически всё, надо только чтобы было хоть небольшое продольное перемещение, — пояснила она.
— А как в ножны засовывать?
