Мое падение

Мне не хотелось, как раньше, уничтожить ее, добить. Я чувствовал только лишь пустоту с примесью жалости. Жалея ее никчемную жизнь. Да. Я виноват в том, что ее планы и надежды по отношению к моему брату полетели к черту. Но я не жалел о своих поступках. Мне даже было жаль Стаса. Ведь он не дурак, наверное, понял, что Кристина — лицемерная тварь. Алчная сука, ищущая везде свою выгоду. Я надеюсь, он понял, что в его ситуации не нужен ей, что она, скорее, жалеет его. Так какого хрена он ее терпит? Но теперь это только их отношения, их жизнь, в которой им самим вариться. Кристине я ответил, что никакой встречи не будет, никогда. В конце ее монолога и просьб о встречи, я просто сказал, что я не шакал, и падаль не поднимаю. Даже в темноте я видел, как ее глаза наполнялись слезами. Раньше я бы, наверное, насладился этим моментом, а сейчас мне было просто плевать.
Придя в комнату, я просто хотел выкинуть всех из головы, забыться и не думать о них хотя бы несколько часов. Поэтому и затеял игру с текилой. Увидел Ксению в черно-красном кружеве, и понял, что игра удастся. В эту ночь я послал всех своих чертей к их прародителям, оставив только нас с Дюймовочкой. Я хотел, чтобы она помогла мне забыть обо всем на свете. И она меня не подвела, принимая мою игру. Ласкал ее грудь, слизывая с нее соль, целовал ее губы со вкусом лайма, и сатанел от желания. А эта бестия призывно улыбается, вся дрожит и прогибается от моих прикосновений. Чувствую, как она хочет меня, не меньше чем я ее. Сама слизывает соль с моей груди, возбуждая так, как еще никто не возбуждал. Смотрю на ее идеальную грудь с набухшими от моих ласк сосками, и тело пронзает жгучей смесью, адреналином. Ее взгляд — голодный возбужденный, глаза блестят, затуманенные желанием. Слегка стонет от моих прикосновений. И мне хочется одновременно разорвать ее, уничтожить за эту похоть, за то, что вызывает во мне такие желания, которых я не хочу, или заласкать ее тело до изнеможения, заставляя кричать мое имя, срывая горло. В паху болезненно ноет, хватаю ее, переворачиваю на живот, врываюсь до упора, целую, кусаю ее нежную кожу на шее, вдыхая ее неповторимый медовый запах. Она сдерживается, а я хочу слышать ее голос, получить доказательство того, как ей хорошо подо мной. Заставляю кричать, вырываю из нее сладкие крики экстаза. Тону вместе с ней в этой поглощающей нас бездне. Получаю ее оргазм, но мне мало, хочу еще. Сжимаю ее бедра со всей силы, врываясь, как ненормальный, в ее податливое тело. Вижу, как она выгибается, сжимает руками покрывало, ее крики оглушают меня, а я хочу громче, добиваюсь этого, заставляя ее кончить еще раз. Не выдерживая, кончая вместе с ней от того, как мышцы ее лона сжимают мой член. И, твою мать! Как же охренительно она пахнет, она такая сладкая, медовая, тягучая. Сдерживаю себя, чтобы не прижать ее к себе, не заглянуть в ее затуманенные от экстаза глаза. Сдерживаюсь, чтобы не утонуть в ее чертовых ведьмовских зеленых глазах. Просто отпускаю ее. Падаю на кровать, закрываю глаза, чтобы не видеть ее больше! Делаю вид, что сплю. А на самом деле, я сожалею о произошедшем, потому что в эту самую минуту понимаю, что больше ничего не чувствую к одной женщине. И что-то зарождается к другой. Начинаю ненавидеть Дюймовочку за то, что будит во мне все забытое, выкинутое из головы и вырванное из сердца.
Слышу, как она поднимается с кровати, идет на балкон курить. Открываю глаза, смотрю на нее в лунном свете, хочется встать, подойти к ней сзади, скинуть эту чертову простынь, в которую она кутается, и взять ее еще раз на этом самом балконе. Но я приказываю себе лежать. Закрываю глаза, пытаюсь уснуть, вдыхаю витающий в комнате запах нашего секса, сжимаю челюсти, стискиваю руки в кулаки. Слышу, как она возвращается, проходит в ванну, долго моется, пытаясь смыть с себя все, что между нами было. И мне хочется сделать тоже самое. И я уже ни хрена не понимаю. Что бл**ь, на меня нашло? Почему именно она? За последние годы я имел кучу шлюх и ни одна из них не вызывала и доли тех эмоций, которые вызывает она. Это какая-то ядерная смесь из дикого желания и жгучей ненависти за это же самое желание. Хватит! Остынь! Приказываю сам себе. Это просто одна из мимолетных девок! Но сам себе не верю.
Я не знаю, в какой момент засыпаю, но ровно в шесть тридцать мои глаза открываются. Слышу ее размеренное дыхание рядом со мной. В голове проносится фантазия о том, каким бы способом я мог ее разбудить. Ее обнаженное, еле прикрытое тело красиво светится в солнечном свете. Огненно-рыжие волосы разметались на подушке. Красивая, сучка. Красивая даже во сне, без макияжа. Замечаю на ее бедре синяк, улыбаюсь. Это — моя вина. И я этому рад. На ее бедрах мои метки. Напоминание ей, кто имел ее этой ночью. Быстро ухожу в душ, чтобы больше не смотреть на нее.
В душе мои мысли возвращают меня