Мое падение

к проблеме поважнее. Отец. Быстро выхожу из душа, иду на балкон, стараясь не смотреть на девушку. Звоню Ромке, прошу разобраться без меня. В комнате позади себя слышу шум, мое тело реагирует само, оборачиваясь. Ксения соскакивает с кровати, быстро одеваясь, как будто куда-то торопится. Заканчиваю разговор. Почти смеясь над ее растерянным видом. Она говорит, что не хочет оставаться с моей «веселой» семейкой. И я могу ее понять. Я сам хочу убраться отсюда побыстрее. Но когда она обвиняет меня в том, что я специально ночью заставлял ее кричать, зная, что нас слышала Кристина, мне хочется подойти, рассмеяться ей в лицо. Кристине я уже все доказал, что мог. Она не то, что слышала, она лично видела, как я трахаю ее подругу в день ее свадьбы с моим братцем. Во мне закипает злость, жгучая, яростная. Но я беру себя в руки. Это даже к лучшему, что Ксения так думает. Пусть для нее это и будет именно так. Пусть чувствует себя использованной. Пусть ненавидит меня за это. Это правильно.
Рыбалка с отцом ничего хорошего не принесла. Все впустую. Когда мы уезжали, мне было не по себе от того, что отец нам поверил и просил не затягивать со свадьбой. Всю дорогу Ксения спала, а я думал о том, что зря затеял это спектакль. Ее телефон, лежащий поверх сумки, разрывался от звонков. На дисплеи светилось имя «ЛЕХА» Один пропущенный, второй, третий. Она не слышит. Она по-прежнему общается с ним? Потом пошли смс, на второй я не выдержал. Я не читаю чужие сообщения, если мне за это не платят. Но здесь я не смог удержаться, нужно было знать, в каких они отношениях. Читаю сообщения, и голова идет кругом. Милая. Ксюшечка. Переживает, волнуется. А меня выворачивает на изнанку. Они опять вместе? Он простил ее после всего, что она сделала? И эта новость каким-то необъяснимым образом подействовала на меня, выводя из равновесия. Вызвала разные эмоции: то ли ненависть, то ли желание сломать ее, то ли злость на самого себя за то, что во мне возникают такие эмоции. А она тоже, сучка, хороша. Встречается со своим женихом и трахается со мной. Шлюха. Настоящая шлюшка. Возникает желание придушить ее на месте. Задыхаюсь от злости на нее. Во мне что-то щелкает. Мне уже знакомы эти чувства, которые одолевают меня в этот момент и это плохо. Ее телефон опять начинает звонить. Бужу ее, сую в руки телефон, лишь бы он заткнулся. Она отвечает ему таким милым голоском.
Едет со мной в машине, после того, как ночью стонала подо мной, врет своему женишку, обещая все ему объяснить по приезду домой! Хочется немедленно выкинуть ее из моей машины. А еще лучше растоптать унизить, заставить чувствовать себя шлюхой. Возмущается, кричит, требует ответа. И меня несет. Обзываю ее, указывая ей, кто она. У меня было много несвободных женщин, которых я имел. Но так унизить хотелось именно ее, за то, что вызывает во мне все эти чувства.
Она послала меня подальше, хлопнула дверью и убежала домой. А мне вдруг так гадко на душе стало от самого себя. Ведь она в чем-то права, у меня у самого куча тараканов, и если она выбрала для себя путь шлюхи, я в принципе не в праве ее винить. Ведь я тоже приложил руку к ее пороку. В тот момент решил оставить ее в покое. Пусть живет, как хочет. Если ее женишку нравится такая женщина, пусть, черт их раздери, будут счастливы. Решил минимизировать все общение с ней, сводя наши отношения только к рабочим. Если она, конечно, вернется на работу. Я слишком близко ее подпустил. Нужно отрезать все наши нерабочие отношения. Никаких игр, никакого флирта. Я начальник, она — подчиненная, ничего более.
Допиваю холодный чай, посматривая на часы. Ровно девять. Интересно, она придет на работу или нет. А если придет, как себя будет вести? Пять минут десятого. В офисе появляется Ромка. Отчитывается по работе с клиентом-параноиком, который возомнил, что за ним следят, и хотят отобрать его бизнес. На самом деле это не так. Но он платит, мы охраняем его, предоставляя отчеты.
Ее нет.
Двадцать минут десятого. В офисе появляется дама лет сорока-сорока пяти. Просит собрать компромат на ее мужа. Доказательство его измен и гулянок на полную катушку, для того, чтобы потом, при разводе, отсудить у него побольше денег.
Ее нет.
Без пяти десять. Разговариваю по телефону с одним из старых клиентов о защите его бизнеса против рейдерских захватов.
Ее нет.
Сам делаю себе кофе, борясь с недостатком ночного сна. Распечатываю договора, думая о том, что она уже не появится. А может это и к лучшему. Так на самом деле проще вычеркнуть ее из моей жизни. Но должна же она забрать свои документы. А может отправить ей их с курьером?
Одиннадцать-двадцать. Я в офисе остаюсь совершенно один. Все разошлись по заданиям. Полная тишина угнетает. Но я пытаюсь сосредоточиться на работе. Слышу стук каблуков. Отчетливый