Мое падение

Маленькая рыжая сучка вырвалась, применив запрещенный прием. Убегает от меня. Медленно иду за ней, наблюдая дальнейшие ее действия. Находит своего женишка. И он уводит Дюймовочку за руку! Я готов придушить ее за это. Но сначала оттрахать, чтобы избавится от этой ненормальной потребности в ней. Я видел, как они отъезжают. Не думая, сажусь в машину. Вырываюсь вперед. Гоню на полной скорости. Добираюсь до ее дома. Ее еще нет. И с чего я вообще взял, что они приедут сюда? Возможно, ее женишок повезет ее к себе. Вот и посмотрим, насколько правдивы ее слова о том, что между ними ничего нет. Она появляется одна и на какое-то мгновение мне становится легче, все-таки не обманула. Может, между ними действительно ничего нет?
Впихиваю ее в квартиру, зажимая рот рукой. Закрываю дверь. Она кричит, требует сказать, что я здесь делаю. Приказываю ей замолчать. Дергаю на себя, вдыхаю ее медовый запах. Преодолевая ее сопротивление, впиваюсь в сладкие губы. Вырывается, кричит, что она шлюха, спрашивает, зачем пришел к ней такой. Да, она — шлюха! Но сука, я понимаю, что не готов делить ее ни с кем, это уже невозможно отрицать. Дюймовочка застывает, обдумывает мои слова. Пользуясь ее растерянностью, подхватываю на руки, заставляя обернуть ее ноги вокруг моей талии. Опять целую, сплетая наши языки. В полной темноте несу ее в гостиную. Комнату освещает лишь свет уличного фонаря. Сажаю Дюймовочку на небольшой комод. Отрываюсь от ее сладких губ, она уже не сопротивляется. Сама льнет ко мне, впивается ногтями в мою шею, заставляя содрогаться от этих болезненно-сладких ощущений. Быстрыми, отрывистыми поцелуями прохожусь по нежной коже ее шеи, чувствуя, как бешено бьется ее пульс.

Схожу с ума в полном смысле этого слова. Я сдаюсь, проигрываю в его руках. В голове крутится только одно его слово. МОЯ. Да, я хочу быть его, хотя бы сегодня, сейчас. Быть его. Не важно, кем. Самое главное — его. Срываюсь, разбиваюсь вдребезги от его напора, страсти, натиска. Впиваюсь ногтями в его шею, тяну на себя. Отзываюсь стоном на его хаотичные, порывистые поцелуи на шее, оголенном плече. Глубоко вдыхаю его неповторимый холодный запах. Дан не церемонится, быстро снимает мое платье через голову, оставляя меня в одних трусиках и босоножках. Выгибаюсь навстречу его сильным рукам.
— Хочу тебя, — рычит он. Запускает руку в мои волосы, сжимает, заставляя смотреть в его стальные глаза, в которых плещется обещание чего-то дикого и безумного. — Как же сильно я тебя хочу, — повторяет он, подхватывает мою ногу под коленку. Закидывает ее себе на пояс, удерживая рукой. — Ты — ведьма! — практически задыхаясь, прямо в губы, кусая их. — Что ты со мной делаешь?! — укус, втягивает губу. — Ты сводишь меня с ума! — еще укус, который он тут же зализывает. А я уже не могу себя контролировать. Как будто я это совсем не я, а кто-то другой, незнакомый мне. Закидываю вторую ногу, тяну его на себя, немного съезжая к нему, извиваюсь, трусь об его твердый, возбужденный член. Я на грани, над пропастью, в которую хочу упасть. Но сама не могу. Я жду, когда он меня туда толкнет. И я безумно этого хочу. Дан продолжает насиловать мой рот жадными поцелуями, лишая воздуха, заставляя дышать им.

С трудом отрываюсь от ее сладких губ, тяну за волосы, смотрю в затуманенные от страсти, нереально зеленые глаза. И, мать вашу! Как она красива в этот момент! Слегка, совсем невесомо, поглаживаю нежно розовый сосок, и получаю ее сладкий стон. Наклоняюсь, накрываю губами ее грудь, втягиваю, слегка кусаю сладкую вершинку.
— Вкусная. Какая же ты вкусная, Дюймовочка, — шепчу ей прямо в нежную кожу на груди, хочу немедленно ворваться в нее. В паху болезненно ноет. И одновременно хочу оттянуть удовольствие, насладится ею сполна. Может, тогда я перестану так дико ее хотеть. Сделаю с ней все что хочу, и нахрен выкину эту сучку из головы.
Чуть отстраняюсь, запускаю между нами руки. У нее удобные для нашего случая трусики с подвязками по бокам, дергаю шелковые ленточки, освобождая ее от ненужного куска ткани. Накрываю влажную киску ладонью, снова прикусываю и всасываю сосок на другой груди. Дюймовочка извивается, впивается в мои волосы, как в агонии то неистово тянет меня на себя, то пытается оттолкнуть. Какая же она страстная, дикая, безумная. Поднимаю голову, смотрю на нее. Проглаживаю влажные складочки, не отрывая взгляда. Дюймовочка принимает мой вызов, тоже смотрит мне в глаза, слегка стонет от моих ласк, кусает губы, но не отрывает взгляда. Медленно обвожу клитор, массирую, слегка надавливая, смотрю на ее реакцию. И это так прекрасно. Управлять телом и эмоциями Дюймовочки, подводить ее к краю и не давать упасть. Держать ее на грани оргазма