Мое сердце

в отличие от тех, где она бывала раньше. Жителей было мало, хотя город поддерживался в прекрасном состоянии. С другой стороны, его можно было считать королевской резиденцией, где для простых жителей просто не оставалось места. Казалось, здесь жили только Акбар и его двор, и, когда они покидали его, чтобы перебраться в Лахор, Фатхнур-Сикри оставался вроде бы как покинутым, без единого купца или нищего на улицах. Его улицы казались спящими, ждущими возвращения прекрасного принца, который вернет их к жизни. Сегодняшнего приезда Акбара оказалось для этого явно недостаточно. Велвет почему-то стало очень жаль.
На первый взгляд город был очень красив, но своей особенной, искусственной красотой. Весь он был построен из местного песчаника. Широкие улицы и площади вымощены квадратными плитами. Из них же построены и все дома, начиная с бывшей правительственной резиденции и кончая дворцом Великих Моголов. Большинство фронтонов зданий украшала искусная резьба из виноградных гроздьев и листьев. Попадались и более сложные узоры. Дома с арками и куполами, искусно вырезанными окнами и резными панелями казались только что построенными. Весь город вызывал у Велвет странное чувство.
Они выехали через одни из городских ворот на агрскую дорогу, и Велвет решилась заговорить с Акбаром о своем возвращении в Англию.
— Зная, как я попала сюда, и зная, что португальцы фактически похитили меня, не будете ли вы так добры отправить меня на родину, сир? — начала она.
— Я не могу, моя роза, — ответил он бесстрастно. — Сделать это — значит оскорбить португальцев, а я не хочу ссориться с ними.
— Тогда пошлите меня с каким-нибудь караваном. Португальцы никогда не узнают.
Он отрицательно покачал головой:
— Это слишком опасно. Почти наверняка такое путешествие закончится на невольничьем рынке или, того хуже, в юрте какою-нибудь грязного монгола. Нет, моя роза, судьба распорядилась так, что ваша дорожка пересеклась с моей. Я не дам вас в обиду. И потом, зачем вам возвращаться, если ваш муж мертв?
— У меня еще есть семья… — начала она.
— Ваша семья, — прервал он, — выдаст вас замуж еще раз и постарается сбыть с рук. А со мной вы будете в безопасности, в холе и неге, моя роза.
— Я хочу домой, — сказала она дрожащим голосом.
— Теперь эта земля — ваш дом, — ответил он. — Вы когда-нибудь охотились? — спросил он, переменив тему. — Хотите пойти со мной на тигра?
Как она поняла, предыдущий вопрос закрыт. Какое-то время она смотрела прямо перед собой, не в силах осмыслить происшедшее. Он вовсе не собирался отправлять ее назад. И не было никакой возможности сбежать отсюда. До побережья — сотни миль; даже если она сумеет их преодолеть, корабли О’Малли не будут ее дожидаться. Как же она попадет домой? Пути не было!!! Разгневанная и рассерженная открывшейся перед ней перспективой, Велвет вонзила шпоры в своего скакуна, бросив его в сумасшедший галоп, и понеслась вдоль по дороге, ничего не видя перед собой, в отчаянной попытке убежать от судьбы.
Акбар понесся за ней. Он не боялся, что она сбежит от него, — он прекрасно понимал ее состояние. Но дорога была не из лучших, и он опасался, что лошадь сбросит всадницу.
Она же ничего не видела перед собой, слезы заливали лицо. Все кончено. И ее жизнь, и все остальное. Алекс мертв. Своих любимых родителей она никогда больше не увидит. Все для нее потеряны: и Мурроу, и Эван, и Робин, и Виллоу, и Патрик, и Дейдра Как маленький ребенок, внезапно оказавшийся в незнакомой и пустой комнате, Велвет не видела ничего хорошего и пребывала в отчаянии. Все ее тело сотрясали рыдания, и, когда лошадь неожиданно споткнулась, она была абсолютно не готова к этому и полетела из седла кувырком.
Каким-то чудом она не разбилась. Она встала на ноги и пошла дальше по дороге в Агру, не понимая, где она и что с ней.
Акбар поскакал вслед. Он поравнялся с ней. Его душа возликовала — она не ранена. Он нагнулся, подхватил Велвет на руки. Она забилась в его руках, колотя кулачками, стараясь сбросить напряжение. Он же пытался успокоить ее, прижав ее голову к своей груди.
— Тихо, тихо, моя роза! — приговаривал он раз за разом. — Тихо. Все будет хорошо. Все будет хорошо, обещаю тебе.
Велвет теперь рыдала в голос, выплакивая все свое горе потоком соленых слез, которые катились по ее щекам, оставляя на них грязные следы. Она рыдала, пока он не решил, что его сердце сейчас разорвется из-за жалости к ней, такой она казалась беззащитной. Он никогда не встречался с таким проявлением отчаяния. С таким окончательным и безутешным. Пустив лошадь шагом, он дал ей возможность выплакаться. Так они и ехали не спеша, пока она не успокоилась. Только тогда он повернул назад, в Фатхнур-Сикри.
Постепенно Велвет пришла