Мое сердце

повторил он. Она улыбнулась в ответ:
— Ты так добр ко мне, Акбар, но я еще так неопытна. Я никогда в жизни не совру тебе, и поэтому сказать сейчас, что тоже люблю тебя, не могу. Возможно, со временем я и скажу это. Я так благодарна тебе за твою доброту.
— Скажи ты мне, моя роза, что любишь меня, и я в тебе очень разочаровался бы. Я бы понял, что ты неискренне это говоришь, — Но ты же сказал, что любишь меня, — возразила она.
— Я и люблю тебя, моя дорогая! Но мой опыт настолько же велик, насколько мал твой. Я сразу распознаю свои чувства к женщине, а ты полностью сразила меня не только своей красотой, но и умом.
Велвет не выдержала и опять рассмеялась.
— У тебя, — заявила она, — очень быстрый язык, мой Акбар, что так подходит к твоему быстрому уму! Думаю, мне надо бояться тебя.
— Возможно, что и стоит, — сказал он, скрывая резкость своих слов за нежной улыбкой.» Всегда плохо позволять одному человеку быть слишком уверенным в чувствах другого «, — подумал он.
Они еще дважды занимались любовью этой ночью, и Акбар даже сам удивился своей неожиданной прыти. Такое желание не охватывало его вот уже лет десять. Эта его новая английская жена, которую он взял в свою постель и в свое сердце, похоже, придала ему новые силы. Он нашел эту мысль довольно лестной для себя и наконец провалился в глубокий сон.
Когда Велвет проснулась, Акбар уже ушел. Было жарко, и она лениво нежилась на подушках, вытянув ноги и покачивая ступнями из стороны в сторону. Она впервые за все эти последние месяцы прекрасно чувствовала себя. Она улыбнулась, поняв, что у женщин так же, как у мужчин, бывают иногда весьма определенные желания. Почему она раньше никогда ни с кем не говорила об этом?
Раздалось легкое царапанье в дверь.
— Войдите! — воскликнула она, и в комнате появился Адали.
— Я пришел сказать вам, моя принцесса, что у вашей камеристки только что начались роды.
— Быстро подай одежду, — приказала Велвет. — Я пойду к ней.
Торопливо одеваясь, она вдруг поняла, что почти ничего не знает о том, как дети появляются на свет. Родители посчитали ее слишком маленькой и не пустили к Дейдре, когда та рожала первенца. И все равно Пэнси будет легче, если она посидит с ней. Сама-то Пэнси наверняка видела, как это делается, будучи старшей из множества детей Дейзи.
Спеша по коридору, Велвет слышала стоны Пэнси, которые становились все громче, по мере того как она приближалась к маленькой комнатке своей служанки. Там рядом с Пэнси сидела женщина средних лет, спокойно дожидаясь, когда природа возьмет свое. Пэнси, слава Богу, была крупной, здоровой девушкой, и никаких осложнений не предвиделось.
— Пойдем со мной, Адали. Если эта женщина будет давать Пэнси какие-нибудь указания, ты переведешь, — сказала Велвет.
— Как прикажете, моя принцесса.
Велвет опустилась на колени около кровати своей подруги.
Адали встал рядом, на случай если эта женщина что-нибудь присоветует.
Пэнси слабо улыбнулась и еле слышно проговорила:
— Как же, попробуй не послушайся эту старую каргу. Выглядит она достаточно суровой. Боже, госпожа Велвет, никогда раньше я не чувствовала такой боли? Помню, моя мать тоже кричала, рожая очередного брата или сестренку. Не так-то легко родить ребенка, но я не боюсь.
— Я знаю, что ты не боишься, — сказала Велвет, беря Пэнси за руку.
— Тут будет порядком грязно, миледи, — усмехнулась Пэнси, — Мне бы не очень хотелось, чтобы вы при всем этом присутствовали.
— Пэнси, в отличие от других женщин моего возраста я еще никогда не видела, как рожают детей. А что, если у меня будет собственный? Ты хочешь, чтобы для меня все это стало полной неожиданностью?
Пэнси заставила себя улыбнуться, хотя это было нелегко.
— А вы намерены скоро обзавестись ребеночком, миледи? — пошутила она.
— Властитель Акбар сказал, что хочет сделать мне одного, Пэнси. Думаю, мне понравятся мои собственные дети.
В короткие минуты передышки между потугами Пэнси казалась гораздо ближе к своей госпоже, чем раньше. Велвет вдруг потеряла то превосходство, которое свойственно госпоже. Этим утром в ее глазах сияло какое-то иное чувство, и Пэнси сразу поняла причину. Ее госпожа наконец-то отдалась Великому Моголу. Пэнси с облегчением вздохнула. Она и правда боялась, что долгое сопротивление Велвет наконец надоест повелителю, и тогда им придется худо. Что было бы с ней и ее только еще готовящимся появиться на свет ребенком, если бы Велвет потеряла расположение сиятельного покровителя? Но тут ее мысли были прерваны новым приступом боли, пронзившим ее измученное тело.
Сидевшая до сих пор молча женщина вскочила на ноги и попыталась поднять Пэнси, бормоча при этом себе под нос какие-то слова,