Мое сердце

мою сестру и лорда Гордона в Лондон как можно скорее, — холодно ответил Робин.
Ботвелл повернулся к Велвет.
— Он когда-нибудь улыбается, миледи?
— Часто, Фрэнсис, но сейчас, я подозреваю, он зол на то, что ему пришлось почти на два месяца расстаться со своей женой, — ответила Велвет.
— Ты чертовски права, я зол! — огрызнулся Робин. — Не исключено, что Эйнджел сейчас уже беременна, а я бросил ее в Линмуте и помчался сломя голову за вами.
— Как мои племянницы? — мягко спросила Велвет, надеясь, что ее забота о дочерях Робина смягчит его гнев.
— Дурацкая ложная тревога! Они наелись зеленых яблок, вот и все, маленькие обжоры! Мы неслись из Лондона как сумасшедшие, а они веселились, когда мы наконец прибыли. Невозможно одновременно состоять при дворе и растить детей. После того как с тобой и Алексом все будет устроено, я опять вернусь в Девон.
— Значит, с нами все будет в порядке? — Она с интересом посмотрела на него.
— Да, несносная девчонка! Моя бы воля, Велвет, поверь мне, я бы дал вам уехать в Дан-Брок, но королева решила по-другому. Она сама занялась устройством вашей свадьбы, и церемония состоится на следующий день после празднования дарования победы над Армадой, восемнадцатого ноября. После чего тебе и Алексу предстоит оставаться при дворе до возвращения матери, то есть до весны. После этого можете ехать куда хотите.
— В таком случае, дорогая, благополучно доставив вас в назначенное место, я возвращаюсь в Хэрмитейдж, — сказал лорд Ботвелл. — Очень сожалею, что не смогу присутствовать на вашей грандиозной английской свадьбе, но я буду думать о вас в этот день и вспоминать, что мне выпало удовольствие быть на вашей первой свадьбе. Когда будете возвращаться весной, заезжайте в Хэрмитейдж. Рад буду видеть вас обоих. — Затем, нагнувшись в седле, он поцеловал ее в щеку. — Доброго пути, прекрасная Велвет!
Она грациозно вернула ему поцелуй.
— Благодарю вас, Фрэнсис. — Она поколебалась мгновение и потом сказала:
— За все! — Он один поймет, что она имела в виду.
Алекс пожал своему кузену руку, их глаза на мгновение с пониманием встретились. Затем Ботвелл повернул своего Валентайна и пустил его галопом вперед, а его люди устремились за ним, выкрикивая: «Ботвелл! Ботвелл!»
— Так это и есть знаменитый граф-колдун? — протянул Робин. — Впечатляющий парень! Гораздо больше впечатляющий, чем сам король Джеймс, как мне рассказывали. Как ты думаешь, Алекс?
— Джеймс был рожден королем, — сказал он. — Однако наш кузен Фрэнсис больше король, чем просто по рождению. Но Ботвеллы всегда наживают себе врагов, как показывает история. Они не могут больше править Шотландией, а Стюарты могут. Робин кивнул.
— Поехали, — проговорил он. — Нам предстоит долгая дорога. Когда мы отъедем подальше на юг, я попробую найти карету для Велвет.
— Нет! Тебе не удастся запихнуть меня в одну из этих шатающихся, разваливающихся на ходу колымаг, — запротестовала она. — Уж лучше я поеду верхом.
— А как же Пэнси? — спросил ее брат.
— Не беспокойтесь, милорд. Мой зад все равно уже стал жестким, как дубленая кожа, — с озорной улыбкой ответила Пэнси.
— Пэнси! — Велвет старалась выглядеть шокированной, но не выдержала и рассмеялась вместе с братом и мужем.
— Почти как в старое доброе время с матерью, правда, Пэнси? — поддразнил ее Робин.
— Ага, милорд. Моя матушка предупреждала меня, каково быть с госпожой Скай. Говорят, дочь всегда похожа на мать, и если моя госпожа похожа на леди де Мариско, то тогда и я похожа на свою мать и смогу быть такой же, как она. — Она улыбнулась во весь рот, и лорд Линмут рассмеялся — так она была похожа на Дейзи в ее молодые годы.
Они ехали на юг, в самое сердце Англии, и Велвет неожиданно заметила, что дни становятся короче, а воздух все холоднее. Деревья уже почти сбросили листву, и поля вокруг приобретали зимний вид. В течение двух дней они ехали под дождем со снегом, дороги размыло, они превратились в море грязи. Скоро грянут морозы и, замерзнув, глубокие и твердые колеи продержатся до самой весны. Велвет не знала, что хуже: эта грязь или та пыль, в которой они прямо-таки утопали на пути в Шотландию.
Ехали они довольно быстро. На ночь они останавливались в приличных гостиницах или у кого-нибудь из многочисленных друзей Робина, чьи дома были разбросаны по всей Англии. Здесь лошади могли получить еду и отдых, да и их седоки тоже. Королева послала навстречу Велвет и Алексу вместе с Саутвудом отряд из двадцати пяти гвардейцев. С ними было еще и пятьдесят собственных людей Алекса, приехавших к своему хозяину из Дан-Брока. Такому большому отряду, конечно, некого было бояться на самых темных и безлюдных дорогах, но обеспечить их кровом и