Могущество

так плакала, говорила, что не переживет, если ты узнаешь, обещала выполнить любое мое желание. И предложила, — Фэй вздохнула и посмотрела куда-то в сторону, — достать мне череп.
— Что?! — воскликнул Ник, и на его обычно невозмутимом лице выразилось недоверие.
— То, что ты слышал, дорогой. — Глаза Фэй опять вернулись к самым лучшим ногтям на свете; чувствовалось, что ее распирает от желания улыбнуться, но, будучи натурой сильной, она терпела. — Кэсси знала, что я мечтаю осмотреть череп, и сказала, что добудет его, если я пообещаю держать язык за зубами. И что я должна была делать? Она вела себя как одержимая. У меня просто не хватило духа отказать ей.
Кэсси прокусила нижнюю губу. Она хотела кричать, протестовать, убеждать друзей, что все не так… но разве в этом теперь был хоть какой-нибудь смысл?!
Слово взяла Мелани:
— Я полагаю, отказаться от осмотра черепа у тебя тоже духа не хватило? — проговорила она, буравя Фэй источающими презрение серыми умными глазами.
— Хм… — неприятно ухмыльнулась Фэй. — Видишь ли, подобный шанс выпадает не так уж часто. Ты считаешь, я должна была поломаться для приличия?
— Это не смешно! — сокрушенно воскликнула Лорел; она выглядела абсолютно подавленной. — Я все равно не верю…
— Раз не веришь, ответь, откуда, по-твоему, она знала, где искать череп, когда сегодня отправилась за ним? — спокойно спросила Фэй. — Молчишь? Тогда отвечу я: она осталась ночевать у тебя, Диана, той ночью, когда мы по следу темной сущности пришли на кладбище. Пока ты спала, твоя любимая подруга прошерстила весь дом и в итоге отыскала ответ в твоей же Книге Теней. А перед этим милая девушка выкрала у тебя ключ от орехового шкафа и на всякий случай порылась там. — Глаза Фэй сияли радостью безоговорочного триумфа; она больше не могла скрывать своего ликования.
Последняя серия откровений рассеяла всяческие сомнения. Кэсси действительно знала, где искать череп: с этим трудно было поспорить. Обвиняемая следила за тем, как менялось выражения на лицах друзей: слепая убежденность в невиновности ушла, уступая место хмурому упреку. «Господи, я чувствую себя героиней из „Алой Буквы»

», — с ужасом подумала девушка: она стояла чуть поодаль, и все взгляды были-прикованы к ней. С таким же успехом она могла бы сейчас стоять на эшафоте с буквой «А» на груди. Не в силах что-то изменить, Кэсси решила хотя бы держаться достойно: она выпрямилась, постаралась приподнять подбородок и заставила себя не отводить взгляд. «Я не буду плакать, — сказала себе девушка, — и отворачиваться не буду». Потом она увидела Диану.
Златоволосая сестра пребывала в состоянии близком к обморочному: ее словно парализовало, зеленые глаза распахнулись до невозможности широко, рассыпались мелкими изумрудными осколками и больше ничего не выражали.
— Она поклялась хранить верность Кругу, а также всем его членам и никогда не причинять им вреда, — хрипло продолжила Фэй. — Но клятву свою она нарушила. Меня это не удивляет: что взять с полукровки! Просто, по-моему, хватит. Они с Адамом вдоволь порезвились, пора и честь знать. Теперь вам известна вся правда. А сейчас, — Фэй закруглялась и взирала на уничтоженную аудиторию, а в особенности — на свою мертвенно-бледную кузину, с видом глубокомысленного удовлетворения, — сейчас пришло время разойтись. Ночь что-то получилась длинная, — и она пошла, лениво и томно повиливая бедрами, с легкой улыбкой на устах.
— Нет.
Одно коротенькое словечко Адама — и Фэй остановилась, а все взгляды устремились в его сторону.
В сине-серых океанах глаз блеснула серебряная молния. Без резких движений и лишних слов парень догнал Фэй и взял ее за руку; он сделал это чуть ли не деликатно, но, судя по всему, хватка оказалась железной, поскольку высвободиться Фэй не удалось. Девушка посмотрела на сжавшие ее руку пальцы с обидой и удивлением.
— Ты все сказала, — изрек Адам. Речь его лилась так же размеренно и плавно, как лава из кратера ожившего вулкана. — Теперь пришла моя очередь говорить. А ты послушай. И все вы, — он развернулся к остальным, моментально их загипнотизировав, — тоже послушайте.

— Ты рассказала историю по-своему, — начал Адам. — Где-то лишь слегка приврала, а где-то — по полной программе. Но одно я знаю точно: все, от начала и до конца, происходило чуть-чуть по-другому.
Он переводил взгляд с одного лица на другое.
— Мне наплевать, что вы подумаете обо мне, — продолжил Адам, — но здесь находится еще один человек, который, — его взгляд задержался на Кэсси, и она опять увидела серебряный всполох в сине-серых