Тридцатый сентябрь сделал мне «щедрый подарок». Новость о том, что у меня остался всего год, чтобы стать матерью. И двух мужчин, один из которых разучился любить, а другой не может стать моим, потому что женат на другой. Один разрушит меня до основания, другой — воскресит. А мое разбитое одинокое сердце не захочет выбирать.
Авторы: Субботина Айя
есть тридцать минут вашего времени, я бы хотела закончить представление своей концепции развития.
По лицу Луки видно, что он ожидал чего угодно, но не этого. Наверное, я и сама от себя такого не ожидала, но сейчас эта работа нужна мне, как никогда сильно. Не чтобы забыться — чтобы начать новую жизнь.
— Вы же понимаете, что через какое-то время ни о какой самоотдаче не сможет быть и речи, — Лука выразительно тычет взглядом в мой живот.
— А вы понимаете, что по меньшей мере до того времени я буду все та же Евгения Левитская, которую вы так хотели, что согласились ждать несколько месяцев. Насколько я знаю, наука никак не доказала факт связи между беременностью и умственными способностями женщины. Глупее я точно не стану.
Он снова смотрит на меня, тянет паузу, накаляя и без того напряженную обстановку. А я просто стою на вытяжке, как солдат на плацу, и надеюсь, что работа, от которой я так долго и глупо отказывалась, останется моей. Потому что готова выгрызать ее зубами ради тех самых шестизначных цифр, ради новой квартиры, где будет комната для моего маленького Хельга.
— Хорошо, Евгения, если вы в порядке, то мы можем вернуться в офис, и вы расскажете и покажете все, что хотели.
— Зачем офис? — Я прекрасно помню, что он собирался меня испытывать и не хочу поблажек. Во мне такой сумасшедший прилив сил, что я готова хоть сейчас, прямо здесь, оттараторить ему все свои идеи и увидеть, как он будет сражен. Потому что я — умница. И другую такую ему не найти. — Здесь хороший парк неподалеку. Все необходимое у меня с собой.
Я стучу пальцем по своему виску — и Лука, наконец, улыбается.
Эта работа будет моей.
Глава тридцать четвертая: Сложный
Я не знаю, зачем соглашаюсь на встречу с Юлей. Мой адвокат явно не одобрил бы эту самодеятельность, учитывая наши с ней разногласия и затянувшуюся судебную тяжбу. Мой адвокат вообще считает, что я слишком во многих вещах иду на уступки, и даже злится, потому что своим согласием свожу на нет его работу.
Но правда в том, что я готов отдать все. Абсолютно все, лишь бы заглушить угрызения совести, которые каждый день со мной, словно свора голодных собак, которым непременно нужно урвать от меня хотя бы кусок. День за днем, неделя за неделей, пока тянется наш развод, я жду, что станет легче: бросаю новую кость, по живому отрезаю от себя кусок — но псам все равно мало.
Я все равно чувствую ответственность за Юлину разрушенную жизнь.
Она захотела встретиться в моем ресторане, хоть продолжает называть его «нашим». Этот был первым, который я открыл после нашей свадьбы. Потом были еще несколько в разных частях города, но радость от исполнившейся мечты я почувствовал только когда открывал именно этот. И именно им я дорожу больше остальных.
— Игорь. — Юля появляется передо мной в полном боевом обличии: в красивом бордовом платье по фигуре, туфлях на высоких каблуках, паре изысканных украшений. Она выглядит так, словно пришла не урегулировать детали развода, а на фотосессию для модного журнала. — Прости, что опоздала.
Я развожу руками, поднимаюсь и помогу ей сесть. Со стороны мы наверняка похожи на деловых партнеров, которые ведут дела в полном согласии и в мире со своими демонами: вежливые улыбки, правильные слова, абсолютное единство во всех мнениях.
— Хорошо выглядишь.
Я просто отдаю дань вежливости, потому что мне совсем не по душе этот холод в ее глаза и примерзлая к лицу улыбка. Это совсем не то безразличие, которое было раньше — сейчас она будто мысленно разрывает меня взглядом, потом собирает и снова повторяет казнь. И наслаждается этим. Словно вся наша встреча — лишь повод снова и снова убивать меня, глядя в глаза. И Юле это определенно нравится.
— Ты тоже, — еще шире улыбается она. Если бы я не знал ее повадок, то решил бы, что передо мной та еще стерва. Или я уже не знаю ее повадок? — Твоя сопливая шлюшка хорошо влияет. Молодишься?
Юля пробегает по мне взглядом, задерживается на свитере. Да, я и правда раньше крайне редко пренебрегал рубашкой, а свитер, что сейчас на мне — образец молодежной моды. Но моя бывшая официантка не имеет к этому отношения. Мы купили его вместе с Женей, и я удивился тому, насколько мне нравится хоть изредка выбираться из образа делового человека «с иголочки».
— О чем ты хотела поговорить?
Юля не торопится: долго листает меню, сопровождает едкими комментариями изменения в блюдах, не упускает случая сказать, что я просто сорвался с цепи, избавившись от ее «назойливых советов». На самом деле, я мало что изменил, потому что — мне не стыдно это признать — она действительно сделала многое, чтобы сеть
