Тридцатый сентябрь сделал мне «щедрый подарок». Новость о том, что у меня остался всего год, чтобы стать матерью. И двух мужчин, один из которых разучился любить, а другой не может стать моим, потому что женат на другой. Один разрушит меня до основания, другой — воскресит. А мое разбитое одинокое сердце не захочет выбирать.
Авторы: Субботина Айя
взглядом. Щупает мое окровавленное лицо, сжимает кулаки — и становится на цыпочки, чтобы прижаться ко мне губами.
— Прости, Игорь, прости меня…
Я знаю, почему не пытаюсь оттолкнуть ее. Где-то в глубине души еще трепыхается надежда, что для нас не все кончено, что я могу отыскать в себе любовь к женщине, с которой был счастлив столько лет.
Но у меня нет сил даже поднять руки, чтобы обнять женщину, которую я любил. Я просто позволяю ей сделать это — запихнуть язык мне в рот. Пусть тоже поймет, что для нас уже все кончено. Пусть остановится. Пусть перестанет мучить нас обоих.
И Юля действительно останавливается. Но в ее взгляде нет ни капли смирения, только отвращение, с которым она нарочито яростно вытирает рот тыльной стороной ладони.
— Ты просто ничтожество, Игорь. И я уничтожу тебя так же, как ты уничтожил меня. Отберу у тебя все, что ты любишь.
Она уходит, а мне остается только окончательно попрощаться со своим прошлым.
Которого больше нет.
Глава тридцать пятая: Одиночка
Игорь приезжает ко мне после одиннадцати, и это первый раз за все время наших отношений, когда я соглашаюсь пригласить на свою территорию другого мужчину. И мне не по себе от этого, потому что понимаю — появление Игоря окончательно все изменит. И в моей маленькой квартирке больше не останется запаха мятного зеленого чая. Даже если это произойдет на уровне самовнушения.
Я пыталась разузнать, в чем дело, и почему мы не можем, как обычно, просто погулять, но Игорь отказался отвечать, просто сказал, что какое-то время будет избегать людных мест. И я сама предложила приехать ко мне, потому что хотела, чтобы он был первым человеком, разделившим мою радость.
Только когда я распахиваю дверь после звонка, все становится на свои места. Одного взгляда на Игоря достаточно, чтобы в общих чертах понять, как прошел его день. Слишком уж «живописные» следы оставил он на его лице.
Не говоря ни слова, веду Игоря на кухню, усаживаю на диванчик и достаю из холодильника форму со льдом. Выбиваю все в пластиковый пакет и протягиваю ему. Он говорит, что уже нет необходимости, но все равно прикладывает холод к расцарапанной щеке.
— Юля все никак не успокоится? — спрашиваю я, чувствуя острый, как никогда, приступ кровожадности. Если бы она была рядом, даже чувство благоразумия не остановило бы меня, чтобы точно так же разукрасить ее рожу. — Игорь, ты должен это прекратить. Видишь же, что становится только хуже.
Он кивает и опускает голову.
— Она хочет ресторан.
— Подавится, — грубо огрызаюсь я.
Игорь вскидывает голову, и меня накрывает чувство отвращения к себе самой. Как я себя веду? Как та самая стерва, которая нашептывает мужчине, как нужно отомстить бывшей?
— Послушай. — Я присаживаюсь перед ним на корточки, сжимаю пальцами его кулаки, и мы какое-то время сидим в полной тишине. И мне идеально хорошо, как не было уже долгое время, потому что мы понимаем друг друга без слов. И это знакомое чувство родственной души теплым живительным дождем поливает выжженную пустошь моей собственной души. — Просто не позволяй прошлому влиять на твое настоящее. Ты самый преданный, верный и заботливый мужчина из всех, кого я знаю. Ни один муж не сделал бы столько для своей семьи, сколько сделал ты. Пора сложить оружие и жить дальше.
На мгновение мне кажется, что я готова сделать еще один шаг вперед и поцеловать его. Прошло… достаточно времени, чтобы почувствовать вкус поцелуя другого мужчины, чтобы узнать, каково это — быть с другим, ощущать другие руки и другой вкус у себя во рту.
Но я должна сказать о ребенке прежде, чем дам три гудка идущего вперед поезда.
— Игорь, кое-что случилось, — шепотом говорю я, пока он тянется к моим губам. — Это правда важно.
— И не подождет? — Он грустно улыбается, откладывает лед — и я вздрагиваю, когда холодные пальцы скользят по моей щеке до самого основания шеи. — Тебе тоже пора начать новую жизнь, Женя.
— Да, да. — Я улыбаюсь, словно умалишенная. — Теперь — обязательно! Теперь все изменится.
— Что-то случилось? — Игорь немного отклоняется, пытаясь отыскать видимые поводы для моей сумасшедшей радости. — Твой начальник так обалдел от презентации, что еще повысил тебе зарплату?
Я усаживаюсь на диванчик, поджимаю губы, чтобы не слишком громко выкрикнуть о своем счастье. Этот мир еще не готов к такими ненормальным звукам.
— У меня будет ребенок, Игорь. Помнишь, я говорила, что у меня слабость в последние дни? Сегодня кое-что случилось на встрече с Лукой — и мне пришлось поехать в больницу. Моей маленькой жизни около двух месяцев.
