Мореход

и грациозная кошка метнулась стремительно. Упав на спину вожака и свалив его наземь, она резко взмахнула когтистой лапой. Было видно, как с шеи жертвы полетели кровавые брызги. Но на этом она не остановилась, тут же как-то боком подпрыгнула и напала на очередного козла, вцепившись пастью в его холку. Остальное стадо, шустро перескакивая с камня на камень, схлынуло куда-то вниз за скалу, и кошка их больше не преследовала.
   И что? Теоретических знаний охотника и виртуальной практики у меня много, а в реальном деле — пробел, так что надо его восполнять. У меня в руках была отличная папина винтовка, производства Леонской оружейной компанией ‘Ковров’. Благодаря встроенным гравитационным пластинкам ее фактический вес в снаряженном состоянии составляет всего два килограмма семьсот грамм, а отдача от выстрела почти не ощущается, так что она даже Илане подойдет. Дистанция её эффективной работы — тысяча метров, а здесь не более ста…
   Прижав приклад к плечу, и установив точку целеуказателя на ухе самодовольного хищника, плавно нажал на спусковую клавишу. Винтовка тихо кашлянула, выплюнув десятимиллиметровую свинцовую пулю в медной рубашке, весом в семнадцать с половиной грамм, которая огромную кошку мгновенно опрокинула на камни. Та несколько секунд подергала задними лапами, затем, вытянулась дугой и затихла.
   Самое интересное, что подобраться к добыче оказалось затруднительно, везде была отвесная стена, высотой не менее двенадцати метров. Либо с противоположной стороны ущелья нужно было спускаться в долину и к той скале восходить из какого-то другого места. В голову ничего другого не пришло, как вернуться к спасательной капсуле и в ящике с аварийным комплектом взять ещё одно ‘пугало’ и альпинистский канат. Здесь была стометровая бухта, но я её, естественно, резать не стал.
   Привязав его за выступ скалы, я спустился метра на три вниз, но мои ноги, которыми скользил по почти отвесной скале, неожиданно провалились куда-то вглубь. Оказалось, что завис у хорошо освещенной пещеры, глубиной метров семнадцать и диаметром около шести метров. Став ногами на карниз, я в нее забрался и осмотрел. Она оказалась сухой и совершенно пустой, правда, птичьего помета было немало. Очень интересное место, здесь даже наша капсула поместится запросто, но оставив эту мысль на потом, решил заняться запланированным делом, и уже через пять минут рассматривал добычу.
   Кошка оказалась котом, и был он от носа до начала хвоста длиной один метр семьдесят пять сантиметров и плюс метровый хвост. Горный козел тянул килограмм на сорок, а коза была поменьше, килограмм тридцать, но после разделки вес тушек уменьшился наполовину. Должен сказать, что мои виртуальные навыки по свежеванию и разделке никуда не пропали, руки делали работу так, вроде этим делом я занимаюсь давно и постоянно. Однако, должен сказать, что промучился добрых три часа, и тело ныло не слабо, даже несмотря на мою вполне приличную физическую подготовку.
   Таскать все это вручную не стал, а опять по канату взобрался на плато и запустил капсулу. Через десять минут все мои трофеи были наверху. Для обработки и очистки кож и шкур в багаже у папы были специальные биологически активные порошковые составы, которыми я и воспользовался. Козьи шкуры посыпал полностью, чтобы убрать и мездру и мех. А вот шкуру кошака снимал с туши вместе с десятисантиметровыми когтями, и его мех оставил, обработав только внутреннюю поверхность шкуры. С его туши лишь выломал два длинных клыка, пускай будут в виде сувенира.
   Малышка долго спала и улыбалась во сне, но когда проснулась и увидела добычу, некоторое время обижалась, что все произошло без ее участия, но потом дуться ей надоело, и начала приставать с расспросами. Я стал все обстоятельно рассказывать, при этом кивнув ей на гору мяса:
   — Так, маловатая, не валяй дурака, а совмещай приятное с полезным.
   Она вдруг опустила голову и исподлобья обижено взглянула своими изумрудными глазищами, затем, подошла и взяла за руку.
   — Рэд, не обзывай меня маловатой, а?
   Я посмотрел на нее удивленно и вспомнил, что называю ее так все пять лет с момента нашего знакомства, и ведь это ей никогда не нравилось, но ни она, ни ее мама, ни разу мне не сделали замечание.
   — Хорошо, мое Солнышко, — наклонился и поцеловал ее в щечку и погладил по голове — Впрочем, никакая ты не маловатая, ты уже девочка большая. Вон, мои комбезы носишь.
   — Нет, я ещё не очень большая, но скоро буду, — она вдруг крепко прижалась ко мне и тихо пробормотала, — И это, Рэд, я тебя люблю.
   — Илана, я тебя тоже люблю, — ответил ей.
   Так мы простояли несколько минут, затем отстранился и сказал:
   — Давай-ка Солнышко, будем работать.
   — Ага!