Мореход

   — Их двое, так и идут за нами, — Илана приостановилась, задрала подол, вытащила из кобуры на бедре импульсник и сунула его себе подмышку левой руки.
   — Видно мой кошель понравился, — высказал своё предположение.
   — Да, он у тебя большой и тяжелый. Только чего они за нами идут так долго?
   — Будет удобно, то нападут, а если нет, так хотя бы выявят наше местожительства. А мы уже недалеко, — показал Илане на фонарь, который висел метрах в ста, там был поворот и ещё метров двести пути.
   До гостиницы нам спокойно дойти не дали, шаги за спиной участились и стали звучать громче.
   — Останавливаемся, — аккуратно поставил на брусчатку кошёлку со сладостями, вынул боевой нож и повернулся к Илане, — Вали на поражение, в крайнем случае, дорежу.
   — Угу, — спокойно сказала она, после чего услышал щелчок предохранителя.
   Через несколько секунд из темноты вынырнули два силуэта, в руке того, который бежал на меня сверкнул клинок ножа. Но друг за другом полыхнули два тусклых разряда, резко запахло озоном, а следом и фекалиями. Мощный импульс высокого напряжения моментально остановив сердце, расслабил и освободил мочевой пузырь и прямую кишку.
   Подняв с брусчатки плохонький нож из сырого железа, решил, что мне такое непотребство не надо и отбросил его в сторону. Самое интересное, что если меня собирались однозначно зарезать, то Илану нет, её хотели оглушить ударом кожаного кошеля с деньгами по голове. И было там этих денег много, только все медные, однако другой разбойник нищим не был, когда вернулись в номер, то насчитал у него четыре зеола, семь солдов и пригоршню медной мелочи. Как говорил мой дедушка: ‘С паршивой овцы хоть шерсти клок’.
   Глава 8
   Свистнул рассекаемый воздух, раздался звон металла о металл, и на земляной пол кузницы свалился отрубленный кусок железа. Мастер Ардо Крон с толикой сожаления взглянул на огрызок заготовки для сабли, затем посмотрел на мой меч, и в его глазах вспыхнул восторг.
   — Ну что? — спросил он, склонившись к клинку, и высматривая место удара.
   — Отлично, зазубрины нет. А теперь смотри, — вставил меч в расщелину наковальни и с усилием (пришлось на его плоскость прямо налечь) согнул полной дугой, затем аккуратно отпустил и показал, — Каким ровненьким был, таким и остался.
   — Он достоин императора! — хрипло выдохнул мастер.
   — Император немного подождёт, — ответил ему, осматривая свой новый меч, великолепный образец холодного оружия. Впрочем, огнестрельного оружия ещё не придумали, но я его тоже придумывать не собираюсь.
   — Вы, горцы, ничего святого не признаёте, а император — посланник богов!
   — Так я не возражаю, наоборот, абсолютно согласен. Преподнесу ему не только меч, но и полный доспех, потом тебе нарисую какой. Но будет это лишь в обмен на должность цезарха.
   — Парень, ты от скромности не умрёшь, — усмехнулся мастер.
   Два дня назад я отсканировал наладонником кусок металла, рассчитал теоретический вес с учетом тройной окалины и лазерным резаком отрезал ровно столько, сколько нужно для изготовления трёх лёгких прямых мечей и двух узких кинжалов с изогнутыми вперёд под сорок пять градусов усиками гарды, а так же двух арбалетов с двумя десятками наконечников для болтов.
   Длинные прямые мечи с крестовидной гардой я в городе видел. Говорят, они попали в Парсию вместе с северными варварами, многие из которых сегодня служат в гвардии императора. А еще такие носят многие столичные аристократы, ими очень удобно фехтовать.
   Для себя с Иланой ничего нового выдумывать не стал, а нарисовал точно такое же оружие, какое было у нас в игрушке ‘Меч и магия’. Клинок меча имел строго функциональную форму без каких-либо придуманных в виртуальных фентези-играх загогулин и изысков. Эфес тоже был прост — крестовина, дуга и яблоко. А вот модель арбалета взял из числа реально изготовленных реконструкторами и действовавших образцов с известными техническими характеристиками.
   Когда рано утром, одевшись попроще, взял кусок стали и прибыл к мастеру Крону, он меня уже ожидал.
   — Пойдём, — пригласил в лавку и через переход провёл во двор.
   Здесь впервые в этом мире я увидел цветники, виноградник и сад фруктовых деревьев. Пока он меня куда-то вел, невдалеке послышался стук молотков о железо. Оказывается, у южной стены проживает целый околоток кузнецов, вот они и приступили к работе. Вскоре и в его дворе застучали, в открытой двери кузницы было видно, как сын мастера держал в щипцах пышущую жаром железку, двое рабов брызгая горячей окалиной, по ней лупили молотками, а ещё один раб стоял на горне.
   Указав на один из табуретов, мастер уселся рядом и протянул руку:
   — Давайте свой материал, я посмотрю.