Мореход

и рукопашным боем занимались с утра до вечера, собирая у лагеря огромную толпу ротозеев.
   Наконец, по полудню семнадцатого по счёту дня из тайги появилась долгожданная упряжка, а следом всадница. Свою маленькую девочку сразу не узнал, между старушкой и каким-то мальчишкой восседала незнакомка, разодетая в новенькую пыжиковую доху и обутая в расшитые белые лосиные торбаза, зато из капюшона светилось счастьем раскрасневшееся на морозе такое родное личико. Уже сейчас она внешне ребёнком не выглядит, а ростом стала повыше многих местных женщин. Думаю, что фигурой и формой тела она пошла в свою красавицу-маму, а таких высоких и стройных женщин в этом мире очень мало.
   — Возвращаю твою девочку обратно, — сказала старая ведьма.
   Илана вскочила с длинных саней, быстро подошла ко мне, цепко ухватилась за руку и крепко её сжала. Внешне её волнение от длительной разлуки не было заметным, выдавали лишь широко распахнутые, светившиеся радостью глаза.
   — Маловато она у меня побыла, — продолжила ведьма, — Но в следующем году к этому времени буду её ждать обратно.
   — Уважаемая Эо, в следующем году у меня совсем другие планы, — попытался ей возразить.
   — Это у тебя другие планы, вот ты ими и займёшься, а девочку отправишь с караваном, ей ещё нужно поучиться. И не бойся, теперь никто из нашего народа на вас не нападёт, можете ходить свободно.
   — Ну, не знаю, посмотрим, — пробормотал неопределённо, при этом поймал скептический взгляд ведьмы, мол, что ты там посмотришь, если вопрос уже решён.
   — А это мой внук Хуа, ему исполнилось девять зим. Отдаю его тебе, — она вытолкнула вперёд приехавшего с ними мальчишку с раскосыми глазами и совсем не плоским лицом, он больше походил на хинданца, чем на местного жителя. На его поясе висел настоящий железный нож, и пока мы разговаривали с его бабкой, он во все глаза осматривал наш лагерь.
   Железный нож на поясе аборигена говорил о силе рода и достатке семьи. Вообще-то железо здесь появилось не так давно, несколько десятков лет назад, и местные до сих пор пользуются, в основном, костяными и каменными орудиями и инструментами. Нередко встречались бронзовые пики и ножи, поступающие через кочевников из Хиндана, но массивный бронзовый нож — это не железный, его на любом камне не заточишь. Таким образом, учитывая ценность и высокую функциональность, обычному ребёнку его просто так никогда бы не вручили.
   — Зачем он мне, что я с ним буду делать? — спросил, с удивлением разглядывая мальчишку.
   — У него другая судьба, Мореход, связанная с тобой, поэтому незачем ему сидеть в тайге, пускай отправляется в мир, — глаза старушки слегка увлажнились, но она быстро справилась с собой, — Возьми пока что слугой, а когда вырастет, то будет самым преданным помощником. Я знаю, что говорю, поверь мне.
   — А что он умеет делать?
   — Ха! — усмехнулась она, — Из лучка белке в глаз попадёт, и по деревьям прыгает лучше лесного кота. А ещё со своими старшими братьями дерётся, и сестёр обижает.
   — Ну, девочек обижать не надо, — согласился с ней.
   — А чего они всё время лезут ко мне, как будто я маленький, — сказал на языке ахемени насупившийся мальчишка.
   — Вот, видал какой! — весело воскликнула бабка, — Хинданский и ахемени он знает, а парсийскому обещала Илана обучить.
   — Что ж, коль Илана обещала, и коль ты считаешь себя большим, и готов отвечать за свои поступки, тогда возьму, — не успел сказать эти слова, как его лицо разгладилось, он шустро подбежал ко мне, схватил свободную руку и поцеловал.
   — Ты что делаешь? — одёрнул руку.
   — Рэд, это он вверил тебе своё тело и душу, теперь ты для него самый главный, — подсказала Илана
   — Ага, ясно, — повернувшись и разыскав Вида, подозвал его к себе и указал на мальчишку, — Это Хуа, он по-нашему понимает плохо, но со временем научится. Отныне он будет ехать с тобой на одной арбе, и ты обучаешь его всему, что умеешь сам, понятно?
   — Да, господин, — Вид коротко поклонился, затем хлопнул парня по плечу и кивнул головой, — Пошли со мной Хуа.
   Тот было устремился следом, но был остановлен окриком бабки:
   — Постой, неблагодарный мальчишка! — она подошла к нему, прижала к себе и тихо сказала, — Будь мужественным и честным, тогда тебя ждёт хорошее будущее, а теперь иди.
   Когда она уже собралась уезжать, то обратила внимание на сиротливо висевший на высоком борту арбы цельнометаллический начищенный до блеска ламинарный доспех.
   — Ай, какая красота! — воскликнула она.
   — Эта красота дорогая, — ответил ей, — все ходят, руками трогают, языком цокают, но купить не могут.
   — Ничего, — ведьма небрежно махнула рукой, — завтра купят.
   — Мы завтра с утра собираемся уходить.
   — Так с утра