Москву накрыло эпидемией загадочной болезни: заразившиеся люди теряют человеческий облик и превращаются в хищников. Город окружён карантинной стеной. Волею случая президент страны сам оказывается внутри зоны безопасности.
Авторы: Кротков Антон Павлович
застилает вам разум… — Пожилая женщина сама выглядела озадаченной теми словами, которые ей приходилось повторять вслед за своей любимицей.
— Я в этом ничего не понимаю, но внучка уверена, что нам вы не причините зла…
— Она права, ведь я испытываю к вам искреннюю благодарность за себя и свою спутницу. Завтра утром мы уйдём. Мне надо добраться до больницы, чтобы показаться врачу.
Вас Вас и тоскливо посмотрел вдаль:
— Только до неё ещё надо дойти.
— А давайте я приготовлю для вас специальный отвар из трав для больных кишок! — вдруг оживилась старуха. — У себя на даче я выращиваю и засушиваю всякие травки, они у меня с собой.
Старуха тут же взялась за дело: стала кипятить воду в небольшом котелке и открывать пакетики с травками и корешками. Попутно она с грустью говорила, что в такое время лучше всего сидеть по квартирам, но у большинства на этой улице не осталось жилья, куда бы они могли безопасно вернуться. У одних всё уничтожил пожар, другие опасаются соседей.
— Скоро взойдёт луна и бесноватые повылазят из своих нор. Всё в городе начнёт охотится… Правда эта улица считается безопасной: с одной стороны находится больница, там брошено множество беспомощных больных, в основном старики, которых забыли вывезти. Есть и сумасшедшие, но больше тяжёлых лежачих больных. Своими криками они очень привлекают бродячих: пока нелюдям будем хватать пищи, сюда они не дойдут.
— Но зомби могут прорваться и оттуда, — Сенин кивнул в ту сторону, откуда пришёл сам, — и вряд ли баррикада их надолго сдержит.
Пьяница с морщинистым обмылком вместо лица усмехнулся из-под надвинутого козырька бейсболки:
— А зачем им мы? Если там специально для пожирателей мозгов хозяева квартала каждый вечер вывешивают угощение!
Сенину вспомнились развешанные на деревьях клетки со свежеобглоданными скелетами, его затошнило, живот скрутило так, что от чёрной боли аж потемнело в глазах и вдохнуть стало невозможно. Так вот зачем они там! Кто-то специально вывешивает угощение для каннибалов!
Вас Вас с трудом поднялся. Скрючившись и осторожно массируя себе живот, сделал несколько шагов, пытаясь унять тошноту и боль. Неподалёку чей-то резкий голос вспорол сонную атмосферу глубокого вечера, будто пронзительный вой голодного койота. Трудно было поверить, что омерзительный, леденящий кровь клич породила человеческая глотка. На призыв тут же последовал ответ, потом ещё один. Перекличка быстро переросла в какую-то вакханалию из оголтелого рычания, визга, злобных выкриков. Невольно вслушиваясь, Вас Вас представлял себе жуткую картину обгладывания человеческих останков, мерзкую возню и схватку вокруг в клеток.
И вдруг услышал тихий голос старого поэта, который произнёс в пустоту перед собой:
— Удачливые жертвы эпидемии уже съедены, их кости обглоданы дочиста, их плоть поглощена. Не столь удачливые, неизбежно пополнят собой стада человековолков, человекокрыс и человекопсов, превратятся в гнилодушных плотоядных монстров. Их вожаки станут править миром, ибо традиционные приемы ведения войны бесполезны против этих новых гуннов. Искусство отбирания жизни, развивающееся и совершенствующееся с начала времён, не может защитить нас от врага, который договорился с самой Смертью. В конце концов исчезнет цивилизация и культура… Когда-то древний автор с печалью описал, как на руинах римского форума пасут коз пастухи, ничего не знающие о канувшей в Лету великой цивилизации Цезаря и Цицерона, правившей миром больше тысячи лет. Нас ожидает то же самое… и горе тем, кто переживёт чуму, ибо они превратятся в худших из существ, когда-либо топтавших эту землю.
Вас Вас невольно поднял правую руку, растопырил пальцы и некоторое время хмуро смотрел на неё.
Страх за дочку снова накрыл Легата с головой, когда под пластырем на коленке у Оксаны он обнаружил след от укуса. Естественно, взволнованный отец постарался всё скрыть: не для того он вырвал дочь у смерти, чтобы снова потерять.
Но у тюремного доктора глаз оказался намётанный на такие вещи.
— Ваша дочь должна пойти со мной, — заявил он и попытался взять девочку за руку.
Легат грубо оттолкнул врача, хотя мог и в морду дать.
— Я дал слово подполковнику Сокольничьему и привёз обещанное оружие, за это моей семье было обещано убежище и защита.
— Слово вам давал Тимофей Петрович, а он, к сожалению, отошёл от дел.
Доктор протяжно вздохнул.
— А я вынужден принять меры, это мой долг врача-эпидемиолога которым я в данный момент являюсь.
— Да поймите же! — попробовал воззвать к его совести Легат. —
