Мотив для испуга

поэтому я не стану утомлять вас. Но есть и новые лакомые кусочки, о которых стоит упомянуть. Первое и главное – сегодня утром мы получили результаты проверки районов Бостона на предмет взлома зоомагазинов или крупной скупки пауков. Ничего интересного. Конечно, учитывая легкодоступность Интернета в нынешнее время, это ничего не означает, но как минимум, мы можем уже что-то вычеркнуть из списка.
Мы пообщались с семьей и опять же, ни к чему не пришли. Все, что мы знаем наверняка, так это тот факт, что Альфред Лаунбрук жил довольно неприметно. Его мать призналась, что он страдал гермофобией и был очень пугливым. По этой причине у него не было настоящих друзей и проживал он один. Теперь, детектив Блэк, ты была самой последней из тех, кто присутствовал на месте преступления, съездив туда буквально сегодня утром. Есть чем поделиться?
– Ничего существенного, – ответила Эйвери. – Я не нашла ни единого следа взлома, что лишь отбрасывает нас на шаг назад. Это означает, что Лаунбрук сам впустил убийцу. И, если тот действительно принес всех этих пауков с собой, то стоит задаться вопросом, насколько они были связаны друг с другом. Вероятно, Лаунбрук ожидал какую-то посылку. Может убийца знал об этом и использовал в своих целях, заполонив ожидаемую жертвой коробку пауками. Или же Лаунбрук попросту знал убийцу. Сейчас все это лишь предположения.
– И на этом стоит остановиться подробнее, – взял инициативу О’Мэлли. – Все алиби арендодателя, семьи и единственного друга проверены. Есть еще одни соседи, с которыми стоит переговорить, но они сейчас в другой стране, что само по себе, насколько я понимаю, подходит для алиби. Семья на то время уже восемь дней как была в Испании и вернется лишь на следующей неделе.
– Кто-то путешествует в Испанию на столь длительный промежуток времени, но живет в такой забитой квартире? – спросила молодая девушка с конца стола. – Немного не складывается.
– Именно так, – согласился О’Мэлли. – Именно поэтому мы планируем допросить их после возвращения.
– Нам известно, как долго тело Лаунбрука пробыло там, прежде чем его обнаружили?
– Согласно отчету коронера, максимум пять дней. А сейчас… Давайте посмотрим, сможем ли мы разобраться в этом, чтобы я перестал представлять себе пауков абсолютно повсюду.
Как только О’Мэлли дал задание на день, Эйвери тут же переключилась в режим решения головоломок.
«Так или иначе, – размышляла она, – у убийцы был легкий доступ в квартиру. У него был доступ и он не боялся переносить с собой ядовитых пауков. Возможно, стоит поговорить с энтомологом или арахнологом. Если я узнаю более точно, о каких пауках идет речь,  получится хоть как-то охарактеризовать самого убийцу».
Вслед за этой появилась и другая идея. И у этой, казалось, было больше шансов на существование, поскольку засела она в голове крепко.
«Почему именно эти пауки? Чтобы выбрать настолько экзотических насекомых, убийца должен был что-то знать о жертве».
Как только офицеры начали подниматься со своих мест для выполнения задач, молодая девушка, сидевшая в дальней части стола, подошла к Эйвери. У нее были короткие черные волосы и темные красивые глаза, которые сильно выделялись. Кожа выглядела довольно бледной, контрастируя с темными волосами.
Она слегка неловко улыбнулась и протянула руку.
– Привет, – произнесла девушка. – Я Кортни Келлэвей, перевелась из Нью-Йорка три недели назад.
– Рада знакомству, – пожала ей руку Эйвери, тут же задумавшись, не нанял ли ее Коннелли, решив полностью заделать дыру, возникшую от ухода Блэк.
– За эти три недели я не услышала о Вас ничего, кроме каких-то нереальных вещей, – сказала Келлэвей. – Рада наконец-то встретиться лично.
– Взаимно, – кивнула Эйвери, поднимаясь со стула. Стараясь не показаться грубой, она отвернулась от девушки и направилась к голове стола, где О’Мэлли собирал бумаги.
– У меня же полная свобода действий, так?  – уточнила она.
– В основном, да, – вздрогнул он от такого подбора слов. – А что? Что ты задумала?
– Я знаю, что вы, ребята, уже пообщались с экспертами по паукам, но я хотела бы встретиться с ними лично.
– Арахнология, – произнес О’Мэлли с неким отвращением. – Я даже не слышал о подобной науке до этого безумства. И да, зачем бы то ни было, можешь съездить.
– Думаю, сначала я прокачусь в Бостонский музей науки. У них есть сад бабочек, так что логично присутствие энтомолога, верно?
– Понятия не имею, – ответил он. – Почему бы тебе не проверить? Но попрошу тебя заняться этим без Финли. Он нужен мне лично на полдня.
Всегда предпочитая работать в одиночку, Эйвери изо всех сил старалась не проявить радости от услышанного. Вместо этого, выходя из зала, она