Мотив для испуга

Вы сможете подсказать, где мне найти Дональда Йоханссона. Его не было в кабинете.
– Понятия не имею, – ответил он, ковыряясь в земле. – Он появляется тут время от времени.
– Есть ли здесь кто-то, у кого мы можем уточнить список частых посетителей? – спросила Келлэвей.
– Да. Обратитесь к Лесли Викерс. Она как раз проводит экскурсию для детей и, думаю, уже заканчивает. Чуть позже она передаст их своему ассистенту, если хотите поговорить с ней.
Эйвери и Келлэвей поблагодарили его и снова присоединились к школьной группе. Блэк посмотрела вперед длиннющей очереди первоклассников и увидела высокую, спокойную женщину лет сорока. Казалось, она заметила двух офицеров, пристроившихся за детьми, но старалась не отвлекаться на них.
Спустя минуты три, женщина, по всей видимости Лесли Викерс, остановилась у местечка, напоминающего миниатюрный внутренний дворик. Дети уселись на ряд скамеек и стульев, выстроенных полукругом, и принялись слушать ее заключительный рассказ о чудесах и красоте не только бабочек, но и природы в целом.
Закончив, она улыбнулась им и отошла. К группе сразу подошел молодой и чересчур веселый помощник, который тут же начал развлекать первоклассников.
– Могу я чем-то вам помочь, девушки? – спросила она, приближаясь к Эйвери и Келлэвей с нерешительной улыбкой.
– Я детектив Эйвери Блэк, – произнесла Блэк, снова показывая свой значок. – Это моя напарница, офицер Келлэвей. Мы надеялись, что Вы сможете помочь нам и пролить немного света в деле об убийстве, над которым мы сейчас работаем. Жертва, судя по всему, довольно часто посещала этот сад бабочек.
Викерс, казалось, потеряла уверенность. Эйвери видела, что та поняла, куда все идет.
– Речь пойдет об Альфреде Лаунбруке? – спросила она.
– Да, – кивнула Блэк. – Как Вы догадались?
Она печально пожала плечами и прислонилась к стоявшей рядом деревянной кадке. Над ее головой пролетели три яркие бабочки.
– Альфред часто приходил сюда. Некоторые из нас успели подружиться с ним. Он был очень стеснителен, но как только привыкал к тебе, то его болтовню невозможно было остановить.
– Я так понимаю, Вы периодически общались с ним? – уточнила Эйвери.
– Да, раз десять, если не больше. Приходя сюда, он всегда выглядел каким-то задумчивым. Может даже немного грустным.
– Исходя из разговоров, Вы поняли, почему он так часто наведывался в музей?
– Он говорил, что ему нравится суть метаморфоза. То, как уродливые гусеницы становятся прекрасными бабочками. Ему хотелось измениться самому. Я никогда не задавала вопрос прямо, но мне кажется, у него было не самое легкое детство или что-то в этом роде.
– Он когда-нибудь говорил с Вами о пауках? – поинтересовалась Эйвери.
– Я сама постоянно думаю об этом, – ответила Викерс. – С тех самых пор, как я просмотрела этот жуткий выпуск новостей, у меня просто не выходит из головы вопрос, были ли хоть какие-то намеки и предзнаменования, что произойдет подобное. Если он и упоминал о них, то уж точно незаметно.
– А как насчет других насекомых? – спросила Келлэвей.
– Нет. Даже скажу, что как-то раз я, не задумываясь, упомянула о тараканах. Ему явно стало очень некомфортно. Он тогда встал с места и принялся просто прогуливаться по саду.
– Были ли какие-то намеки на то, что у него есть враги? – продолжила Эйвери. – Может даже люди, которых он просто недолюбливал?
– Нет, – ответила Викерс. – Он никогда не говорил ни о девушке, ни о друзьях. Иногда он позволял себе рассказать о работе или маме. Также я знаю, что его отец умер не так давно. Но он ни разу не отзывался о ком-то плохо и не рассказывал о своих страхах перед кем-то в частности.
– Есть ли еще кто-то, с кем он часто общался?
– Да. Они пару раз болтали с Дональдом Йоханссоном.
– Правда? – удивилась Эйвери
– Да. Я бы не стала называть их друзьями и даже знакомыми, но точно уверена, что несколько раз они общались. Видела собственными глазами.
«Зачем бы Йоханссону утаивать это?» – подумала она.
– Вы случайно не знаете, где бы я могла его найти? – вслух произнесла Блэк.
– Собственно говоря, легко, – улыбнулась Викерс, кивая назад. – Вон он, идет сюда.
Эйвери и Келлэвей обернулись. Лишь увидев их, Йоханссон буквально примерз к месту между двумя тропинками в саду. Выражение его лица при виде Эйвери сказало все, что ей требовалось: он что-то скрывал.
Подобно акуле, почуявшей кровь в воде, Блэк не стала терять ни минуты и целенаправленно двинулась в его сторону.
– Мистер Йоханссон, рада снова видеть Вас, – произнесла она.
– Да, взаимно, – ответил он тоном, который говорил об обратном.
– При всем уважении, – продолжила Эйвери, – я просто не могу