Мотив для испуга

Клариссой, которая с радостью предоставила офицерам свой iPhone, показывая переписку со Стефаном в это же время. Кроме смс, которые могли быть отправлены откуда угодно, там также было два длинных телефонных разговора, гораздо лучше подтверждавших его непричастность.
Стефана отпустили и он спокойно ушел домой. Эйвери практически ощутила необходимость извиниться перед ним, но не стала делать этого. Она бы не стала извиняться три месяца назад и, честно говоря, не понимала, откуда возникло это чувство сейчас. Может три месяца как-то смягчили ее? Либо так, либо повлиял весь этот эмоциональный ад, который она пережила за последнее время.
Освобождение Стефана вернуло Эйвери в самое начало. Все, что оставалось у нее, так это несформулированные вопросы и пара теорий, которые даже не в силах были развиться. Она уселась в своем бывшем кабинете с Келлэвей, Финли и О’Мэлли. Места не хватало, но, казалось, Финли был рад тому, что они находятся именно тут. Что касалось Кортни, она, судя по всему, была благодарна за участие в таком громком деле, однако, все еще показывала свое недовольство по поводу маленькой вспышки Эйвери с утра.
Постепенно она все больше начинала нравиться Блэк.
– А что насчет наркотиков? – спросила Келлэвей, пока они пытались найти хоть какую-то зацепку.
– В смысле? – не понял О’Мэлли.
– В теле Лаунбрука были найдены какие-нибудь вещества? – уточнила она.
– Судя по токсикологическим отчетам, нет, – пояснил он.
– Где-то должна быть лазейка, – влезла Эйвери. – Стефан утверждал, что Лаунбрук стремился преодолеть свой страх перед пауками. Также он намекнул, что занятия сексом в комнате с пауками могли быть шагом к этой цели. Также я узнала, что есть небольшое онлайн сообщество одержимых пауками. В общем, я задумалась… Если Лаунбрук решился поделиться своим секретом со Стефаном и прибегал к любым способам, чтобы перебороть это в себе, то, вполне вероятно, он мог сообщить это и другим. Может быть, он знал убийцу. Может они познакомились в Интернете, и встреча с пауками была не случайна? Может просто все вышло из-под контроля?
– Безусловно, это стоит рассмотреть, – согласился О’Мэлли.
– Да, но он получил сердечный приступ, – вставил Финли. – Всем же кажется, что станет гораздо легче, если встретиться со своими страхами лицом к лицу.
Блэк кивнула. Хорошее замечание. Тем не менее, идея по поводу преднамеренного окружения пауками, имела право на существование. Особенно, если учитывать слова Стефана по поводу того, как сильно Лаунбрук хотел перебороть себя.
– А что, если жертва сама это сделала? – предположила Келлэвей. – Что, если Альфред неспешно собирал их, чтобы преодолеть свой страх и произвести впечатление на Стефана Скотта?
– Возможно, – ответил О’Мэлли. – Финли, можешь привлечь кого-то для проверки? Кого-нибудь, кто прошерстит Интернет в поисках этих странных сообществ? Может удастся найти какую-то связь с Лаунбруком?
– Я привлеку пару человек, – кивнул Финли, вставая из-за стола.
– А я пока съезжу домой, – сказала Эйвери. – Хочу покопаться немного сама.
Она слегка кивнула Келлэвей в знак прощания и вышла из кабинета. Сделав всего около пяти шагов, Блэк была остановлена окликом Кортни.
– Детектив Блэк? – позвала та. – Могу я попросить Вас об одолжении?
– По поводу?
– Моя машина сломалась три дня назад. Сейчас я езжу на работу на автобусе и хотела бы попросить Вас подкинуть меня.
– Конечно, – ответила Эйвери, видя, насколько смутилась Келлэвей при этой просьбе. – И, послушай, – добавила она, немного поразмыслив, – выкинь все это официальное дерьмо из головы. Если мы собираемся и дальше работать над этим делом вместе, называй меня Эйвери.
Казалось, она сделала день Кортни. Та просто не могла сдержать улыбку. Блэк же спрятала свою усмешку, почувствовав себя немного проще хотя бы от того, что может доставлять людям радость.

– Кажется, я должна извиниться перед тобой, – произнесла Блэк. Подобные слова никогда не давались ей легко, особенно при общении с Роуз. Но, вспоминая свою жизнь в последние три месяца, она поняла, что пора было что-то менять.
– За что? – уточнила Келлэвей.
– За то, что психанула на тебя утром, когда ты спрашивала меня про Говарда Рэндалла.
Кортни ненадолго задумалась, глядя в пассажирское окно машины Эйвери. Извинения, казалось, удивили ее. Растерявшись, она, наконец, ответила:
– Тебе не за что извиняться. Я слишком увлеклась. В смысле… Не пойми меня неправильно. В Нью-Йорке я наслушалась разного дерьма, но подобная связь между Говардом Рэндаллом и твоими расследованиями буквально покорила меня.
– Я не