Позвольте пригласить вас ступить вместе со мной смело в эпоху Александра I, когда уже отгремели прусские сражения, что принесли славу героев русским офицерам и солдатам, и когда уже заключен Тильзитский мир, что оставил в душах тех же самых офицеров легкий налет разочарования.
Авторы: Марина Струк
морозного воздуха вместо спертого, полного ароматов духов, пудры, кожи сапог и курений.
Слишком знаком ему этот вихрь эмоций, слишком знакома та ночная бессонница, когда боишься сомкнуть веки, чтобы увидеть то, что не должен, что не желаешь видеть. Слишком знаком. Как знакомы последствия этой хвори, что терзает душу. Теперь он знал, что сердечный покой чересчур дорогая вещица, чтобы размениваться им. Даже ради той дивной прелести, что манит его ныне. И тем паче, ради того, что скрывается под этой прелестью.
На сцене появилась тем временем Эвридика, взяла слишком высокую ноту, чем нужно, и Андрей снова невольно обратился к действу. А потом чуть склонился вперед, заскользил взглядом по зрителям в импровизированном партере в десяток рядов. Тут же наткнулся на пристальный взгляд усатого гусара. Тяжелый, исподлобья. Дурно, очень дурно воспитан офицер, раз позволяет себе подобные взгляды. Верно, не из столичных пансионов выпускался. Интересно, понимает ли тот арии актеров?
Андрей склонил голову, поприветствовав того с легкой ироничной улыбкой. Гусар тут же отвернул голову.
Только это и может развлекать. Страсти Гжатского уезда. Он усмехнулся, вздохнул устало. Надобно бы ехать в Москву. Откладывать уже нельзя. Надобно бы… да нет желания вовсе. А потом взглядом приметил в партере и Павлишина в неизменных маленьких очках с круглыми линзами, вспомнил ужин и то, как легко слетали с женских губ слова, за которые иные мужчины расставались с жизнью. Жаль этого Павлишина, она его всенепременно сломает, сделает рабом своих капризов и настроений. Но замуж за него, конечно же, не пойдет, нет. Будет держать на расстоянии, изредка одаривая ручкой на поцелуй или ласковым взглядом. А потом разозлился на себя — снова вернулись мысли к ней. И к былому. Неизменно эти мысли шли рука об руку, ведь он не мог вспоминать… Павлишин, pauvre homme
Павлишин… Как ты схож ныне во многом с тем корнетом, которым когда-то был Андрей!
А потом Павел Родионович в который раз обернулся на хозяйскую ложу, блеснув в свете свечей стеклами очков, и Андрей невольно затаил дыхание, украдкой выглянул из своего укрытия за занавесью, отодвинув чуть бархат. Когда она успела прийти сюда? Ведь когда лакеи гасили большинство свеч в зале, когда на сцену вышел Орфей к гробнице Эвридики, Анны в ложе еще не было, он точно помнил это. Ныне же она сидела между отцом и теткой, Верой Александровной, прижав ладони ко рту, напряженная, замершая, отдавшись силе оперного действа. И — он готов в том поклясться, хотя и сидел чуть в отдалении, через ложу — на ее глазах блестели слезы при виде горя Орфея, потерявшего своего супругу в который раз. Такая трогательная, такая по-девичьи милая, такая мягкая… обманчиво-мягкая… Сдавило отчего-то в горле при виде того, как она сильнее прижала пальцы ко рту, блеснула на щеке бриллиантом одинокая слезинка.
Андрей заметил, как навела на него лорнет Вера Александровна, и поспешил отвернуться. Сжал пару раз пальцы в кулак, стараясь унять тот приступ злости, что вмиг вспыхнул в его груди. За последнее время он бывал так часто раздражен, что сам себя не узнавал. Того, каким привык быть, не узнавал. Plus on aime une femme, et plus on est près de la haïr
, вспомнил Андрей, перефразируя то, что прочитал давеча во французской книге в одну из ночей без сна. Если возможно обратное, то ему определенно пора покидать этот demeure céleste
с его богиней.
— Что я сотворил, несчастный? — пел Орфей. — В безнадежную пропасть увлекла меня любовь моя…
Верно, подумал тут же Андрей, снова укрываясь за занавесью, любовь влечет в пропасть, откуда невозможно выбраться невредимым. Он рад приветствовать влюбленность, но любовь… Нет, решено — il est temps de revenir à Moscou
. Тут же после псовой охоты, что назначена на начало следующей седмицы. Он мог бы и далее продолжать эту игру, что затеяла с ним mademoiselle Шепелева, и даже, возможно, одержать победу над этой прелестницей, преподать ей урок, но слишком высоки были риски в той игре. Чересчур высоки. Pour ce genre d’affaires ne comptez pas sur moi!
— Как тебе опера, mon cher? — обратилась к нему графиня, когда актеры вышли на поклоны, и публика рукоплескала тем, сопровождая апплодисменты восторженными восклицаниями. Усатый гусар даже громко свистнул, что вызвало скользнувшую по губам Андрея усмешку.
— Актеры были недурны, но вот само действо… La fortune et l’humeur
