Позвольте пригласить вас ступить вместе со мной смело в эпоху Александра I, когда уже отгремели прусские сражения, что принесли славу героев русским офицерам и солдатам, и когда уже заключен Тильзитский мир, что оставил в душах тех же самых офицеров легкий налет разочарования.
Авторы: Марина Струк
о здравии Алевтины Афанасьевны, об общих знакомых, о предстоящих гуляниях в Милорадово. А потом, когда Андрей совсем не ожидал, она задала вопрос. Вопрос, который потянул за собой совсем не те нити.
— Я удивлена была, проведав, что его сиятельство Адам Романович не был зван в Милорадово, — и пояснила, заметив деланную неосведомленность Андрея об этой персоне. — Князь Чаговский-Вольный. Madam votre maman желала бы видеть его, я точно помню о том, она писала ко мне.
— Удивительно слышать это, — заметил Андрей. — Ведь, насколько мне известно, Алевтина Афанасьевна не имела возможности знать князя. Равно как и я. А было бы странным, согласитесь, мадам, приглашать в собственный дом персону, с коей не имел чести быть знакомым.
— Но уместно ли… fiancée… по обыкновению, les futurs époux
бывают вместе в свете, — Вера Александровна двигалась буквально вслепую ныне, проверяя свою догадку, ударившую наотмашь, как ударил солнечный луч блеском в одном из крупных аметистов в перстне Андрея. И поняла, что невольно попала в цель, когда дернулось веко ее собеседника. Всего короткий миг, но она заметила это. Знать, права была в своих подозрениях. Анна сызнова вернула себе потерянное…
В передней стукнула дверь, а потом колокольчиком разнесся по комнатам, близким к ней, звонкий смех Катиш с таким воодушевлением занимавшейся ныне своими нарядами и уборами. Словно ее дочь проснулась от того странного сна, в который впадала, когда рядом не было этого светловолосого мужчины. С того самого лета как в пропасть свалилась в эту любовь с головой, не обращая внимания ни на кого из тех, кто был представлен ей матерью и сестрой. Ей уже миновало двадцать зим и лет. Скоро совершеннолетие, а ума не довольно понять, что никогда ей получить желаемого — сердце и душу того, о ком так часто молилась за прошедшие три года.
— В монастырь уйду! — грозилась в редкие истерики, когда мать просила образумиться и забыть о том, по кому так болело сердце ее прежде такой тихой и смирной дочери. — Плат черницы на голову, коли не будет венца подле него! В монастырь!
И Вера Александровна утешала бьющуюся в истерике дочь, качая в своих руках, как когда-то в прежние годы ее малолетства. Целовала в ее спутанные волосы и молила про себя Бога, чтобы тот помог ей разрешить эту ситуацию, которая ныне казалась ей безвыходной.
А потом пришло послание с приглашением провести несколько дней в Милорадово. Гуляния, музыкальные вечера и большой бал. И Катиш просветлела лицом, радуясь этой возможности побыть рядом с тем, кого по-прежнему видела только возле себя в церкви…
— Разве ж было оглашение? — поднялась бровь на лице Андрея, показывая его равнодушное недоумение тому, что услышал. Но Вера Александровна готова была поклясться, что за этим равнодушием, где-то в глубине души, уже вовсю полыхает огонь. Злость, ревность, отчаянье. Смертельно ядовитый клубок, разъедающий душу.
— О, я думала, уже известно обо всем в уезде, — смутилась Вера Александровна нарочно. — Аннет же так расположена к его сиятельству. Только слепой не поймет очевидного.
— Разве было оглашение? — снова повторил Андрей холодно, и она даже испугалась блеска его глаз. В дверях первой комнаты анфилады уже показалась Катиш. Вера Александровна ясно видела ее со своего места в кресле. Ее лицо так и светилось от радости, что он приехал с визитом к ним в дом. Знала бы она, что Андрей приехал сюда, скорее всего, за благословением на брак с другой, не с Катиш!
Всего мгновение, пока Вера Александровна смотрела на счастливо улыбающуюся дочь, перед ней мысленно качались весы. Одна чаша — возможное счастье дочери с человеком, которого та любила. И Вера Александровна знала, что стань Андрей супругом ее дочери честь и совесть никогда бы не позволили ему принести дочери разочарования в этом браке. Это был бы идеальный брак их среды — полный уважения и понимания, пусть и лишенный эмоций.
С другой стороны — Аннет, маленькая проказница Анечка, дочь ее кровной сестры. Сама отказавшаяся от своего жениха, от своего возможного счастья. И князь. Царь в своих многочисленных имениях Малороссии. Достойная партия для любой девицы на выданье, не говоря уже о той, чья репутация уже не так кристально чиста, как ранее, той, кто в замужество придет в одной рубахе
. Жаль, что не Катиш привлекла Адама Романовича… но уж что сложилось!
— Я понимаю, как вам не по душе ныне слышать это, — губы даже чуть дрогнули, когда Вера Александровна раздвинула их в сочувствующую улыбку. — Верно, очарование Аннетт сызнова сыграло роль… Уже готова венчальная грамота, Андрей Павлович. Что тут про оглашение
