Позвольте пригласить вас ступить вместе со мной смело в эпоху Александра I, когда уже отгремели прусские сражения, что принесли славу героев русским офицерам и солдатам, и когда уже заключен Тильзитский мир, что оставил в душах тех же самых офицеров легкий налет разочарования.
Авторы: Марина Струк
он переменился? Отчего так пугал ее ныне?
Анна резко задула свечу, что стояла на столике перед зеркалом, но ложиться сразу не стала, прошлась по комнате и зачем-то плотно затворила дверь в будуар, где спала на диванчике Глаша. Через распахнутые окна доносился откуда-то из паркового сумрака плавное пение соловья, и Анна вдруг повернула к одному из окон, отодвинула занавесь, вдыхая свежесть летней ночи, ступившей на место душных сумерек.
Что мне делать, Господи, вдруг подумала Анна, поднимая глаза к загоравшимся на небосводе звездам. Как поступить? По верной ли дороге ступать решила? Но только тишина летней ночи была ей ныне ответом да трель соловьиная.
А затем что-то мелькнуло в тени деревьев, и она склонилась ниже к подоконнику, уловив это неясное движение, попыталась разглядеть, показалось ли ей или вправду заметила что-то. Но вот от дерева к дереву все ближе к дому передвинулось что-то светлое, и она еле удержалась, чтобы не вскрикнуть, поняв, что фигура эта чересчур велика для кошки. Еще миг — и светлое пятно уже появляется из-за кустов сирени, которые росли вдоль дорожки, огибающей усадебный дом.
Это был Андрей. Андрей! И Анна безвольно прислонилась к стене, не в силах оторвать взгляд от его фигуры, ужасаясь тому, что в любой миг могут появиться собаки, которых спускали на ночь в парк, или сторож заметит непрошеного гостя, поднимет тревогу. Но пока было все тихо, только соловей заливался трелями. И вот Андрей перебежал открытое пространство между кустами и стеной дома, вот ухватился за шпалеры, по которым вились розы, и в несколько резких движений, как кошка, забрался по стене. Мгновение — и он сидит на подоконнике, свесив ноги, с задорной улыбкой поднося к губам свою ладонь.
— Похоже, я был ранен, пока стремился на зов своего сердца, — проговорил он, глядя ей в глаза, и Анна моргнула удивленно, все еще не в силах поверить, что это явь, и он действительно сидит в окне ее спальни. — Милая дама не поможет мне с моей раной? Шип от красивого цветка все же шип, и болит от него нещадно.
Он протянул ладонь в ее сторону, и она кивнула, заметив в скудном свете летней ночи, шип, впившийся ему в кожу. Отошла от него к «бобику»
, взяла из корзины с рукоделием иглу и, вернувшись к нему, без особого труда достала тонкую темную полоску из его ладони. Все это Анна проделала молча, не зная, что сказать, боясь, что дрожащий голос выдаст ее волнение в этот миг. Но странно — она совсем не боялась его присутствия в своей спальне, словно не было в том ничего предосудительного. Словно хотела видеть его здесь. Словно его присутствие было само собой разумеющимся в ее спальне в этот ночной час.
Когда шип был извлечен из кожи, Андрей забрал из пальцев Анны иглу и воткнул ее в стену
, у самых штор. А потом обхватил ее лицо ладонями и заглянул в ее широко распахнутые глаза.
— Отчего ты молчишь? — прошептал он, почти касаясь губами ее губ, так низко склонился он над ее лицом. — Отчего ты молчишь?
— Это сон, верно? — прошептала она в ответ, совсем позабыв о том, что раздета, что на ней только сорочка без рукавов, капот же сброшен был, едва прикрыла дверь в будуар. Что и он толком не одет — в камзоле и рубахе, без мундира.
— Тогда нам снится один и тот же сон, милая, — снова мимолетное касание губ при этом шепоте, и она не смогла сдержаться, поддалась желанию, вспыхнувшему в ней. Сама поцеловала его, как он когда-то целовал ее в лесу — робко, вопросительно.
Его губы пахли вином и ягодами, и этот сладкий аромат закружил Анне голову. Андрей чуть качнулся, и она, испугавшись, что он не удержится на окне, упадет назад, на дорожку у дома, сжала его плечи, потянула на себя вглубь комнаты, не подозревая, как выглядит это движение со стороны. Он спустился с подоконника, даже не отрывая своих губ от ее рта, прижал ее к себе теснее, обхватив руками, и она поразилась тому жару, который шел от его тела ныне. Или это ей показалось в духоте ночи?
— Где твоя девка? — прошептал Андрей ей в губы, проводя руками по ее голым плечам и рукам, отчего кожа загорелась огнем, защипало в кончиках пальцев.
— В будуаре, — кивнула Анна на закрытую дверь, и он оставил ее, едва не вызвав у нее возглас протеста. Прошел к двери и запер ту на ключ, торчащий в замке.
— Что ты делаешь? — прошептала Анна, когда он вернулся к ней, снова положил ладони на ее обнаженные плечи. Странно, не ли она недавно боялась его? Ныне же никакого страха не было, только какой-то странный трепет в душе, легкая дрожь, бьющая тело.
— Тебе прохладно? — спросил Андрей, а потом взял ее руку и коснулся губами сгиба в том самом месте, где так отчаянно сейчас билась тонкая жилка. Но
