— Мне отлично известно, что ты испытываешь ко мне всего лишь физическое желание. — И прежде чем Сантьяго успел подтвердить ее слова, Лили добавила: — Все хорошо. Я тоже хочу тебя. Но мне кажется, было бы неплохо иногда разговаривать, ходить куда-нибудь… — Она потупилась. — Я чувствую себя твоей любовницей. Но я не хочу быть просто любовницей.
— Что ж, тебе нужны свидания? Мы будем ходить на свидания. И я думал, мы разговариваем. Как считаешь, кому еще я рассказывал о том, что меня усыновили? Никому.
Лили совершенно не подумала об этом. Ей стало очень стыдно за свое поведение.
— Уже поздно, — заговорил между тем Сантьяго. — Нам пора возвращаться.
— Мы могли бы остаться здесь, — Лили кивнула на придорожный мотель, который теперь светился голубыми и розовыми огнями. — Кажется, тут не так много народу. Наверное, из-за погоды.
— Или из-за облупившейся краски на стенах, — с отвращением фыркнул Сантьяго.
— Не будь таким снобом, — укорила его девушка. — Уверена, внутри очень мило.
— Твоему оптимизму можно только позавидовать.
— Согласна, выглядит немного… потрепанно, — улыбнулась Лили. — Но неужели тебе хочется снова проделать весь этот путь до Лондона?
— Нет, — признался Сантьяго. Он с любопытством посмотрел на Лили. — Эти твои свидания… как я должен это воспринимать?
— Что ты хочешь сказать?
— Ты будешь ночевать в отдельном номере?
— Боже, нет. Я совсем не это имела в виду.
— В таком случае, — улыбнулся Сантьяго, — кажется, нам лучше провести ночь в этом замечательном заведении.
Большую часть следующей недели Лили провела, подыскивая себе жилье поближе к работе. У нее не было возможности купить загородный дом рядом с морем, а рынок недвижимости предлагал не такой уж большой выбор жилья. По крайней мере, не для людей с ограниченным, как у Лили, бюджетом.
К концу недели она все же нашла уютную квартирку, из окна которой (если встать на стул в ванной) можно было увидеть море. Когда агент без тени иронии заверил ее, что вид на море — несомненное преимущество этой квартиры, Лили с трудом сдержала смех.
Стараясь быть оптимисткой, она пыталась найти в сложившейся ситуации позитивные нотки, но у нее не получалось. Будущее казалось ей туманным. Радовало одно: ей предложили место в библиотеке. А деньги Лили сейчас бы не помешали.
Закончив паковать свои вещи, она окинула взглядом опустевшую гостиную. Разве я не должна что-то чувствовать? Это ведь было моим домом. Может, Сантьяго был прав, отметила девушка, и домом нельзя назвать только мебель и стены?
Сантьяго… Лили вздохнула, когда его лицо снова возникло перед глазами. Теоретически у нее не должно было оставаться времени, чтобы скучать по нему, но на практике оказалось, что она думает о нем каждую минуту. Дважды за неделю он звонил ей, но каждый раз разговор оканчивался ссорой. И как только Лили вешала трубку, она давала волю слезам.
Лили понимала, что ведет себя как маленькая девочка, но она постоянно тосковала о нем.
Именно поэтому Лили пошла на станцию и купила билет на поезд до Лондона. Она хотела снова увидеть Сантьяго.
Как ни странно, обычно битком набитый поезд сейчас был полупустым. Зато ей не повезло в другом: Сантьяго, вместо того чтобы сразу потащить ее в спальню, сказал, что они идут обедать, а потом на спектакль.
Может быть, я уже надоела ему? — подумала девушка.
— Зачем нам все это? — поинтересовалась Лили, как только такси остановилось у ресторана.
— Ты о чем?
— Что мы здесь делаем?
— Ты предпочитаешь другой ресторан? Но здесь отличная кухня и обслуживание на высоте. Однако если ты хочешь поехать в другое место, нет проблем.
— Я имею в виду, что мы вообще здесь делаем? Я же вижу, что ты этого совсем не хочешь.
— Не понимаю, о чем ты.
— Я могу смириться с тем, что ты не смотришь на меня. И с тем, что мы почти не говорили все это время, но ты мог хотя бы отвечать на вопросы. Так как мне совершенно ясно, что ты не хочешь идти ни в какой ресторан, я интересуюсь, что мы вообще здесь делаем.
— Ты права, я бы предпочел быть сейчас в другом месте.
У Лили в горле как будто ком застрял. Но она скорее бы умерла, чем показала Сантьяго, насколько ее ранило это замечание.
— Но ты сама этого хотела, — услышала она его голос.
— Чего? Чтобы ты игнорировал меня и злился?
— Чтобы мы не торопились.
— Да,— неопределенно сказала Лили, все еще не понимая, к чему он клонит.
— Свидание, так ты говорила, — напомнил ей Сантьяго. — Так вот: это — свидание.
— Думаешь, я этого желаю? — удивилась Лили.
— Разве нет?
