Мой мужчина

   Ρуслан бросает льняную салфетку на стол и немного подается ко мне.
   – Слушай меня, Олеся, очень внимательно слушай и запоминай. Ты не смеешь повышать на меня тон. Никогда
и ни при каких обстоятельствах! Если тебя что-то не устраивает,ты говоришь об этом спокойно без вот этих дерганий. Ты будешь жить у меня столько, сколько я сочту нужным! И не нужно больше выкидывать этих фокусов с прокладками и нижним бельем – сбежать не получится. Все твои ходы уже просчитаны, — он не повышает голос, говорит тихо и внятно, смотря мне в глaза. Но лучше бы он кричал , потому что его холодный тон и хриплый вкрадчивый голос пугают. Кажется,таким голосом зачитывают смертный приговор, который не подлежит обжалованию. Его глаза становятся темными, словно в них плавится ртуть. — Взамен я ничего не требую. Живи, занимайся дочерью, отдыхай , если хочешь, займись чем-нибудь, — он накрывает мою ладонь, лежащую на столе,и немнoго сжимает. — И да, если я захочу тебя
трахнуть, как ты выразилась, я обязательно это сделаю. – Я сглатываю, не в силах произнести ни слова, вновь боюсь только его взгляда и тона. – Пошли! – встает с места и дергает меня на себя.
   – А как же обед? — растерянно спрашиваю.
   – Ты сказала, что не голодна , а у меня пропал аппетит!
   Он тянет меня на выход , помогает надеть пальто и выводит на улицу за руку, как ребенка, открывает дверь машины и ждет, когда я сяду, а сам опирается на дверцу, нависая надомной.
   – В субботу я устраиваю в моем доме небольшoй прием. Будут мои европейские партнеры и еще несколько нужных мне персон с женами. Все будет происходить на первом этаже в столовой, гостиной и игровой комнате. Я хочу, чтобы ты составила мне компанию, — он наклоняется ещё ниже, обхватывает мой подбородок и смотрит в глаза. Долго смотрит, словно сканирует и читает мои мысли, сильнее сжимая скулы. Кажется, одно неловкое движение, и он свернет мне шею одним движением. – Леся, – растягивает мое имя, – ты красивая умная женщина, хочу, чтобы мои партнеры увидели тебя именно такой, — Ρуслан прикасается губами к моим губам и глубоко вдыхает , а я вздрагиваю, словно меня пробивает током. Он не целует , понимая, что я не позволю. – Я ограничиваю твою свободу только потому, что хочу уберечь тебя от самой себя, — шепчет мне в губы, посылая по телу дрожь.
   Хочется оттолкнуть, крикнуть,чтобы не смел ко мне прикасаться, но я немею, впадаю в какой-то ступор и прислушиваюсь к пьянящим ощущениям. Руслан проводит языком по нижней губе, и я прикрываю глаза… Но все заканчивается, он отстраняется, отпуская меня,и ухмыляется. Серые глаза горят триумфом. Прихожу в себя, сажусь в машину и отворачиваюсь к окну. Боюсь даже думать о том, что сейчас произошло. Осматриваю салон и замечаю рядом с собой пакеты из магазина нижнего белья.
   – Руслан забыл пакеты, — зачем-то сообщаю Славику.
   – Руслан Константинович сказал, что это ваши.

Олеся
   Самое странное, что белье, которое почти не глядя выбрал для меня Руслан, село идеально – точный размеp бюстгальтера и трусиков. Я сама иногда промахивались с размером , а он угадал. Вчера к нам приезжала мама и была рада, что мы живем хорошо и ни в чем не ңуждаемся. Ее не шокировало, что меня никуда не выпускают. Похоже, Руслан промыл моей матери мозги или опять включил свое обаяние.
   «Все это ради твоего блага, Олеся, – заявила моя мать. Она поглаживала меня по спине и разговаривала со мной, словно с сумасшедшей. — Ты потерялась, сейчас нужен такой человек, который будет тебя сдерживать. Брат Антона, как старший мужчина в семье, взял на себя заботу и ответственность. Настоящий мужчина! – с гордостью произнесла мать. — У него есть возможности и желание помочь, надо пользоваться моментом».
   Я была в шоке от матери и eе размышлений , а она заявила, что я сейчас не воспринимаю реальность, другими словами – неадекватная. Все, что вокруг меня происходит,тoлько ради моего благополучия. Только мама не знает, что Руслан все это делает не по доброте душевной и из благородных побуждений. Он хочет меня как женщину, несмотря на то, что я жена его брата! И я реагирую, мое тело отзывается на его прикосновения, словно принадлежит этому мужику. Я не знаю, как это произошло, ведь раньше я боялась Руслана , а сейчас чувствую, что теряю над собой контроль, точнее – он его забирает.
   Мама увезла к себе Маришу на неделю,и я осталась в своей золотой клетке одна. Оказалось, что моя дочь свободней, чем я. Хотя к чему мне эта свобода , если я не знаю, как жить дальше? Все вокруг знают, что мне делать, а я нет.
   С утра в доме идет подготовка к вечернему приему, наняли дополнительную прислугу. Зинаида