Мой нежный враг

Что ты ищешь? — Памела видела, что Офелия роется на старом столе в дальнем углу. — Что там с завещанием?
— У меня сейчас нет времени рассказывать, но ничего хорошего. Я согласилась показать Лисандеру дом.
— Зачем?!
— Потому что он оплатит налог на воду… — Видя, что Памела смотрит на нее, открыв от изумления рот, Офелия пожала плечами и сбросила ботинки. — Он предложил это, желая смутить меня и подчеркнуть, что я — бедная, а он — богатый. Я так разозлилась, что просто сказала «да». Почему нет?
В одних шерстяных носках Офелия стала подниматься по лестнице. В холле она увидела яркую блондинку, которая всем телом прижималась к Лисандеру и с жадностью смотрела на него. Офелия не могла оторвать взгляда от них, потому что никогда прежде не видела, чтобы женщина так открыто желала мужчину.
Но Лисандер оставался равнодушным к русской модели. Он обратил внимание на Офелию, отметил сверкающий лед голубых глаз, свежесть кожи. Волосы были в беспорядке, одежда смешная, но при этом она ухитрилась выглядеть эффектно. Похожая на мужскую рубашка и джинсы не могли скрыть высокую и пышную грудь и женственную округлость бедер.
В холле повисла напряженная тишина, и Офелия нахмурилась. Она чувствовала, что Лисандер смотрит на нее, и его взгляд обжигал ее кожу, как языки пламени. От сладостной волны желания Офелии стало жарко, ее охватила слабость. Она покосилась на блондинку и встретилась с ее убийственным взором.
— Анечка, беги, — сказал Лисандер, — мне надо поговорить с мисс Картер наедине.
Блондинка вышла, и Офелия сделала глубокий вдох. Ей очень не хотелось оставаться с Лисандером Метаксисом тет-а-тет.
— Это тот самый счет? — Лисандер указал на мятую бумажку в руке Офелии. — Он мне не нужен, я пошутил.
Лисандер передал ей толстую пачку банкнот, и Офелия побледнела, понимая, что не следует брать у него деньги. Это неправильно. Но она не знала, как вернуть их назад, чтобы не выглядеть глупой, поэтому сунула в задний карман. Она подумает об этом потом.
Лисандер махнул рукой, приглашая Офелию следовать за ним. Когда-то она водила частные туристические группы по поместью, но из-за отсутствия комфорта и мер безопасности вскоре все это прекратилось. Офелия ощутила страшную пустоту, когда поняла, что больше не может считать поместье своим.
— Резьба по дереву на лестнице датируется…
— Избавьте меня от этих туристических комментариев, — прервал ее Метаксис. — Покажите главное.
Офелию потрясло, что он так открыто демонстрирует свое безразличие к истории. Она бросила в его сторону осуждающий взгляд, и это стало ошибкой. Девушка мгновенно отметила крепкий подбородок, чувственный рот, высокие скулы и черные пушистые ресницы. Осуждение было забыто, в желудке у нее что-то сжалось, а кожу словно сотни иголок покалывали. Глаза цвета расплавленной бронзы смотрели прямо на Офелию. От его взгляда она чуть не задохнулась.
Офелия быстро взлетела по лестнице, чувствуя, как адреналин будоражит кровь.
— Это — галерея.
Лисандер поднялся за ней следом и осмотрел пустое пыльное помещение, некогда бывшее украшением поместья. Занавески обтрепались, семейные портреты и роскошную мебель продали. Но это не беспокоило Лисандера, потому что уже несколько лет его команда отслеживала и выкупала недостающие семейные ценности. Он осмотрел потолок и старинный скрипучий пол, которые изменили цвет от влаги.
— Смотрите под ноги, — предупредила Офелия, — местами пол непрочный.
— Вы, похоже, потрясены завещанием, — спокойно заметил Лисандер.
— А кого бы оно не потрясло? Боюсь, для моей бабушки не существовало иных законов, кроме собственного мнения, и она обожала хранить секреты.
Офелия старалась не смотреть на Лисандера. Она была потрясена и стыдилась, что испытывает такое мощное влечение к мужчине, которого внизу ждала любовница. В этот момент ее мозг отключился, тело трепетало от жгучего желания, отказываясь подчиняться здравому смыслу.
— Как вы уже, должно быть, знаете, я очень хочу приобрести этот дом, — заявил Лисандер.
— Вы — богатый человек. Уверена, Седрик продаст вам его сразу, как только сможет. — Офелия толкнула дверь в конце галереи.
— Я не готов ждать пять лет.
— Выбора нет. — Офелия подумала, что Лисандеру не мешает подождать того, чего он так хотел. Ему еще придется щедро вознаградить Седрика, чтобы тот отказался от своих планов перестройки. Ее кузен — очень жадный человек, который поспешит увеличить стоимость неожиданного наследства. Вот только как она сможет взять в аренду свой саду Седрика? У Офелии сжалось сердце.
— У нас есть выбор. — Нога Лисандера ступила на прогнившую половую доску, и, пробормотав проклятия,