Брачный сезон оборотней, это когда все самцы вступают в период половой охоты, испытывая при этом сильнейшее сексуальное возбуждение, из-за этого их внутренний зверь почти не управляем. Мика- человеческая девушка, оказалась в переулке, окружённая четырьмя похотливыми оборотнями. Мика понимает, что по уши в дерьме, но высокий, красивый оборотень спасает ее, а затем требует вознаграждение.
Авторы: Донер Лорен
тебя, – прошептала она.
Его рука замерла, а потом пальцы задвигались быстрее и сильнее, пока Мика уже была больше не в состоянии бороться с ощущениями. Она застонала и покачнулась к его руке.
Грэйди зарычал позади нее и начал медленно входить и выходить. Ощущение его внутри нее и пальцы, ласкающие ее клитор, продлились всего пару минут до того, как она неистово кончила. Мика вскрикнула, но не произнесла его имени.
Грэйди убрал руку с клитора и сжал бедра Мики. Он ворвался в нее сзади жестко и глубоко, ее внутренние мышцы все еще сжимались и трепетали от оргазма.
Он не заставил себя ждать. Грэйди задрожал и громко застонал, наполняя презерватив.
Мика попыталась отодвинуться, но Грэйди не отпускал ее бедра.
– Прости, что расстроил тебя.
– Отпусти меня, Грэйди. Убирайся из моей комнаты и не заходи сюда, пока я снова тебе не понадоблюсь.
– Тебе же нравится спать со мной. – Он вышел из нее и отпустил бедра. Мика подползла к краю постели и направилась в ванную.
– Это было до того, как я узнала, как ты ко мне действительно относишься. Я собираюсь принять душ. Чувствую себя грязной.
Едва Мика включила воду, как услышала яростный рев, раздающийся из ее спальни. Что-то тяжелое врезалось во что-то еще.
Испытывая небольшой страх, она медленно двигалась в сторону входа в ванную и, открыв дверь, с облегчением огляделась.
Ее тумбочка, развалившаяся на куски, валялась на другой стороне комнаты, а стена в месте удара была повреждена. Грэйди не было в спальне. Мика повернулась, снова осторожно закрыла сломанную дверь и вернулась в душ, когда горячие слезы текли по ее щекам.
Она даже не трудилась их вытирать. Может быть, ее слова задели его так же, как и его причинили ей боль.
– Нам нужно поговорить.
Мика игнорировала Грэйди. Она взглянула на часы.
– У нас был секс час назад. Нам не о чем говорить, по крайней мере, еще час. – Мика обошла его и двинулась на кухню.
В течение двух дней девушка отказывалась говорить с ним, за исключением обмена несколькими короткими фразами. Мика перестала сопротивляться, чтобы в постели быть абсолютно холодной и отстраненной.
Грэйди был сильнее и больше. Он легко удерживал ее и проделывал с ней разные вещи, чтобы возбудить. Он любил зарываться лицом между ее бедер, а она все равно просто отказывалась разговаривать с ним и сразу после секса уходила в душ, оставляя его одного в комнате.
– Черт побери, Мика. Мы не можем и дальше так продолжать.
Она пожала плечами и открыла холодильник.
– Я уже сказала, что не хочу с тобой разговаривать.
– Ты ведешь себя как ребёнок, черт побери.
Стиснув зубы, Мика достала готовый салат Цезарь из холодильника. Проигнорировав обидные замечания Грэйди, и не желая снова вступать с ним в перепалку.
Она подошла к столу и села пообедать. Затем поднялась, опять подошла к холодильнику – схватила содовую, взяла вилку, села обратно и начала есть
– Мика, черт возьми, мы не можем так жить.
Она проглотила кусочек.
– Брачный период закончился?
– Еще нет.
– Тогда это то, что есть, с тех пор как ты четко мне все объяснил: мы застряли здесь вместе.
Он сел напротив и посмотрел на нее.
– Ты когда-нибудь простишь меня за то, что я пригласил Эрика в нашу постель?
Мика глотнула содовой.
– Ты говорил про секс втроем. Но есть огромная разница между сексом втроем и вуайеризмом
. Ты собирался позволить этому мудаку трахнуть меня. Поэтому нет, я не собираюсь прощать тебя.
– Не думал, что ты ханжа.
При этих словах она перевела на него взгляд.
– Никогда не думала, что ты полный мудак с мозгами, как у тыквы, поскольку ты слишком тупой, чтобы понять, почему я так чертовски расстроена и зла на тебя.
– Тогда объясни мне подробно, раз я такой хренов мудак, – зарычал Грэйди. – Мне казалось, я знаю что делаю. Я не понимаю.
– В твоей жизни есть женщина, любая, с которой бы ты чувствовал себя защищённым? Может сестра, или кто-то заменивший тебе мать?
Он моргнул.
– Да. В одной из семей, где я рос, было четверо дочерей. Они мне как сестры.
Мика кивнула.
– Хорошо. Теперь представь одну из них с подонком, жаждущим, чтобы его приятель тоже ее трахнул. Долго и упорно подумай об этом. Ты счастлив при этой мысли? Это то, чего бы ты хотел для сестры?
Мика заметила, как его глаза потемнели.
– Это совершенно другое.
– Правда? Почему же?
– Я убью любого мудака,
