Мой вечер встречи выпускников

ничего не сказать. Он смеялся до слез. А я в это время пригубила вина из бокала Полины. Ну, как пригубила. Опустошила почти весь бокал.
– Девочки! Я заберу ее у вас?
– Конечно, Дим!
Он вытащил меня из-за стола. Я старалась идти ровно, но меня и правда уже начало шатать.
– Маш, давай-ка домой…
-Ты что? А танцы??? Все будут веселиться до утра, а я спать?
– Кто тебе виноват??? Сама напилась!
– Я не напилась!
– А что сделала?
– Немного выпила…
– Да уж конечно, немного…, – он целенаправленно тащил меня по коридору к выходу, придерживая за талию.
– Дим, Димочка, пожалуйста, только не домой…,– я постаралась сделать глаза, как у кота в «Шрэке». Кажется, из этого ничего не вышло. Он тащил меня дальше.
– Дии-и-им…И какого фига ты мной командуешь? – взбесилась я, пытаясь вырваться.
– Может, потому что ты меня тоже возбуждаешь?
– А?
– Ты всегда так пьешь?
– Нет…последний раз в студенческие времена так…сильно…
– Ну, слава Богу…а то уж кодировать тебя хотел…пошли в туалет…
– Зачем это?
– Умываться!
– А макияж???
– Выбирай – или спать домой, или в туалет умываться?
– Хорошо…давай в туалет.
То ли от того, что он меня тащил усиленно, то ли просто уже перебор был, но почувствовала, что меня тошнит. Я резко побежала к туалету сама. Слава Богу, там никого не было. Позорище такое. Вывернуло меня хорошенько. Я еще раз убедилась, что ненавижу красное вино и Женьку за ее «хряпнуть сто грамм». Пришлось умыться. Хотя, хорошо, что я пообнималась с унитазом. В голове посветлело, в желудке стало легко. Глаза только выдавали, что по моим венам течет вино, а не кровь. Нужно было срочно накраситься. Сумочка была у Димки. Я открыла дверь, он стоял в коридоре, опершись спиной о столб. Господи, до чего же красивый.
– Ну, как ты? – он сделал шаг в мою сторону.
– Подай сумку и будет хорошо.
Он протянул мне сумочку, я снова удалилась в туалет. Красилась я тщательно. Минут двадцать, чтобы скрыть свое состояние. Потом мазнула запястье и шею духами. Ну вот, похожа на более или менее трезвого человека. Еще слегка поправила волосы, теперь можно идти.
Как ни странно, Димка все еще стоял в коридоре. Я вспомнила его высказывание о том, что я его возбуждаю…Черт, в туалет, что ли его затащить. Я закинула в рот пластинку мятной жвачки.
– Все, я готова.
– Умница, хорошо выглядишь, – он улыбнулся мне очень усталой улыбкой.
– Дим, ты какой-то…Может тебе домой пора, а?
– Нет, я же еще не видел твою встречу с Галей! Далась она тебе?
– Просто…Понимаешь…
– Понимаю! Она красотка, ты – серая мышь…была…это твой вечер, вернее вечер твоего триумфа!
Мы шли по коридору на музыку.
– Все-то ты знаешь! Но ты прав, так оно и есть! А как она живет хоть?
– Понятия не имею…Лучше у нее спроси.
– Ну да…Так она мне и расскажет.
Мы зашли в зал, все танцевали, некоторые стояли, подпирая стенки, или разговаривая с учителями. Вовка в центре зала выплясывал фиг пойми как и что, и даже не в ритм, но видно было, что ему хорошо, я опять же за него порадовалась. Подскочила бешеная Женька.
– Ну, ты где пропала? Пошли подрыгаемся!
Около часа мы дрыгались, причем так, что у меня начали болеть ноги. Вот что значит, спортом не заниматься…
Потом наступила стадия, когда не хочется двигаться, стадия разговоров. Все вернулись за стол. Причем людей значительно поубавилось. Многие пошли по домам. Это понятно: у кого семья, кому на работу. Тем более вроде как встретились, потанцевали, поели, выпили – чего еще нужно?
Я, если честно, тоже уже навострила лыжи в сторону дома. Так моя чокнутая подруга в фиолетовом все никак не могла угомониться. Я уж было хотела по-тихому от нее свалить домой и все. Потому что за столом меня в сон начало клонить. И тут ко мне подсела Галя.
– Привет, Попова.
– Привет…, – у меня было такое выражение лица, будто ко мне подсел…ну, не знаю…Владимир Путин. Шок.
– Как дела?
– Нормально, вернулась сюда жить…а у тебя? – вот это да! Кажется, Галя-то изменилась! Еще глядишь и подружимся!
– Отлично! А я смотрю, ты все еще Попова, фамилию не меняла, кольца нет, значит не замужем? – и сказано это было так ехидно, что я просто офигела.
– Так ты вроде также без кольца и со своей фамилией? Ну, быть Мошкиной, конечно, малоприятно, поэтому я тебя понимаю…, – ну тут, ребята, меня уже понесло. А какого хрена она издевается над моим одиночеством? Короче, за столом все заткнулись и слушали нашу перепалку. Я чувствовала себя звездой. Особенно когда увидела выражение лица Гали, ох, она явно не ожидала, что я наговорю ей столько «приятного». Ничего,