Как быть, если рядом с тобой уже есть та, с которой ты видел свое будущее. И чувство долга, разрывает тебя изнутри. Однажды, познав предательство, оборвать крылья той, которая доверилась? Но что делать, если в твою жизнь врываются чувства к девочке, меньше всего подходящей на роль второй половины… Предупреждение: Наличие постельных сцен, возможно употребление нецензурной лексики.
Авторы: Шагаева Наталья Евгеньевна
что у поцелуя может быть настолько пьянящий, сладкий вкус. Вы когда-нибудь ощущали, что сходите с ума, но вам это безумно нравилось? Я готов был тонуть в этом сумасшествии. И Ангелина мне отвечала! Сначала нерешительно, робко, а потом уже со всей страстью, сплетая свой язык с моим, цепляясь руками за мою рубашку, требовательно, притягивая меня к себе. И ее сладкий стон в губы, добавил в мою эйфорию, примесь желания. Да. Я ее хотел. Я не пацан, я в том возрасте, где стон и поцелуй означает гораздо больше, чем просто поцелуй. Мне хотелось прикасаться к ней еще и еще. И когда мое тело прострелило от желания, я пришел в себя. Вся реальность происходящего обрушилась на меня ледяной дрожью по позвоночнику. Я не имел право ее трогать. Это словно наваждение. Я хотел ее. Я хотел маленькую девочку, племянницу моей женщины. Мне самому себе хотелось врезать, чтобы мысли в голове встали на свои места, а она, маленькая дурочка, не бежит от меня, сломя голову, а упрямо, дерзко говорит, что сама этого хотела и не жалеет ни о чем. И взглядом смотрит, уже не невинной девочки, рубашку мою стискивает, сама не осознавая, что делает и говорит.
Я просто убежал из квартиры, на ходу расстёгивая ворот рубашки, потому что дышать было нечем. Бесцельно колесил по городу. Чувствовал себя гадко, мерзко. Как я мог?! Как? Она как будто околдовала меня. Что бл*** на меня нашло?
Я ездил по городу пару часов и мне, до сих пор, казалось, что я ощущаю ее запах, а вкус ее губ остался на моих губах. Сам на себя злился от этого. Тряс головой, пытаясь согнать с себя это безумие.
Решил тогда для себя, что этого больше не повторится. Мне просто нужно взять себя в руки, прекратить смотреть на нее, как на женщину. Не быть чертовым, похотливым извращенцем. Она просто девочка, ребенок. Она дочь сестры Марины. И так мерзко от этой мысли стало. Маришка видит во мне идеал мужчины, а я за ее спиной целую ее племянницу.
Когда забрал Марину с работы, долго не мог посмотреть ей в глаза. И целовать себя не позволил, отвлекая ее разговорами. Потому что, не мог. Потому что, это все неправильно. К вечеру я полностью взял себя в руки, помог Марине с ужином, но вину перед ней чувствовал, решил, что надо все забыть, как страшный сон. Да, именно страшный. Потому что, то, что со мной творилось, это ад. Это вообще был не я, меня словно подменили.
За ужином я старался смотреть куда угодно, только не на Лину. Слушал Маринин рассказ о прошедшем дне, заглядывал в ее зеленые глаза, испытывая перед ней вину. Но ловил себя на том, что боковым зрением, подмечаю действия Ангелины. Она не поднимала взгляда на нас весь ужин, смотря в свой телефон. Бокал из моих рук вылетел сам по себе, я вообще не понимал, как это произошло, и что, черт побери, со мной происходит. Мариша начала тут же суетиться, убегая в ванную. А я остался наедине с Ангелом, и впервые за весь вечер открыто посмотрел на нее. И девочка, как будто почувствовала это, тут же поднимая свои глаза на меня. Вижу в ее взгляде такую невинную растерянность, что невольно улыбаюсь ей сквозь грусть, пытаясь этой улыбкой сказать ей, что все будет хорошо.
Сразу после ужина, Ангелина отпросилась у Марины и ушла к какому-то Артему. Марина сказала, что хорошо знает парня и его мать, и что с Ангелиной будет все в порядке. И я успокоился. Все так и должно быть… Девочка должна встречаться с ровесниками, а я должен прекратить сходить с ума, и вести свою жизнь, как и планировал. Остановить это безумие.
***
С того момента прошла неделя. Я взял себя в руки, расставляя свои мысли, планы и желания по полочкам, как положено. Но где-то в подсознании, я понимал, что обманываю себя и сам ищу оправдания своим поступкам. Мы заканчивали объект, сроки горели, заказчик нервничал, и я зашивался на работе, всю неделю уходил рано, возвращался поздно. Маришку я видел только по ночам. Она не обижалась и не кричала как многие, что я не уделяю ей внимания. Пару раз мы обедали вместе в городе, обсуждая дизайн нашего дома. С Ангелом я практически не сталкивался. Вчера ночью Маришка рассказывала, что девочка упрямится и не хочет уезжать домой до начала учебного процесса. Лина хочет остаться здесь и нашла себе работу, в магазине родителей ее нового друга, Артема. Маришка поддерживала ее, говорила, что это хорошо, что племянница хочет зарабатывать на свои расходы. Хорошо! Хорошо, но не для меня. Я надеялся, что она уедет и вернется только осенью. И все забудется. Как будто и не было ничего.
Настала суббота, я мог бы и сегодня уехать на работу, сетуя на занятость, но я должен был провести этот день с Маришкой. Я обещал, что мы встретимся с друзьями.
— Все поменялось, — Мариша бегала по комнате, суетясь, собирала сумку. — Мы едем в комплекс Роберта, он специально закрыл его на целый день.
