Моя девочка

его приказу. Я впервые в жизни вижу его таким: напряженным,  в глазах совсем не теплый блеск, злой и яростный. Впервые вижу в нем какую-то ауру опасности и власти, от которой у меня мурашки  по  всему телу. Но я стараюсь этого не показывать.
— Тема, я передумала. Я не хочу пока домой, — заявляю я. — Я хочу танцевать. Не дожидаюсь ответа Артема, поднимаюсь с места, хватаю Катю за руку и тащу ее  танцевать. В этот момент я сама себя не узнавала. Это была не я, а кто-то совсем другой. Мною управлял выпитый алкоголь, и  какое-то неведомое желание, доказать мужчине, смотрящему  на меня сверху, что я не подчиняюсь его приказам. Я знала, что завтра мне будет очень стыдно, но в данный момент меня это не останавливало.

Алексей

Это должна была быть просто рабочая встреча в неформальной обстановке. Есть такие люди, которые все свои дела любят решать  за распитием виски, обсуждая погоду. Им кажется, что если вы пообщаетесь неофициально, и он покажет тебе весь размах своего бизнеса в деле, то тогда вы непременно станете друзьями. Я не любитель обсуждать рабочие вопросы в шумных заведениях с грохочущей музыкой и  яркими вспышками огней. Но клиент  всегда прав. Хозяин «Ривьеры» решил провести в своем клубе полномасштабную реконструкцию и,  пользуясь моментом, показывал мне с верхнего ВИП этажа, все, что он хотел бы видеть здесь в будущем.
Обвожу взглядом большой зал с танцующей толпой, оценивая масштаб работ. Взгляд цепляется за белокурые волосы. И  моментально узнаю среди сотни людей Ангела, который в данный момент олицетворяет скорей демона искусителя. Я видел ее и его. Пацана с нашего района,  с которым Лина последние дни тесно дружила. Я знал об этом от Марины. Она часто намекала и шутливо называла этого парня зятем, а я пытался уходить от этих разговоров, и вообще не думать на эту тему, гоня, нехорошее чувство злобы от себя. Девочка должна встречаться со сверстниками. Я убеждал себя, что это  правильно, что так и должно быть, но просто слышать это от Марины и видеть воочию, совсем разные вещи. Тем более, я впервые за последние два с половиной месяца, совершенно неожиданно увидел ее здесь.
Это была она, и не она. Я не узнавал ее. Короткое, вызывающее платье, обнажающее ее стройные ножки в черном капроне. Ноги, кажутся еще длиннее и красивее на высоких шпильках. Платье обнажает ее нежную кожу на плече. Ее длинные, шелковистые волосы, спадают на ее грудь, немного прикрывая оголенные участки кожи. Парень обнимал ее за талию, гладил по спине, а она лежала у него на плече, качаясь в такт медленной музыки. Во мне поднималась ярость, и  чувство необоснованной ревности, уже жгло мне грудь. Я понимал, что не имею право ревновать, но ничего не мог с собой поделать. Как эта маленькая девочка, которая стыдливо прикрывалась и кричала мне уходить, чуть ли не плача, тогда в моей ванной, сейчас могла так разодеться и прийти в это далеко неприличное, развратное место. Но главная причина моей ярости состояла, наверное, все же в том, что я  видел, как он ее обнимает, касается и  прижимает к себе почти голую . Твою мать! Клиент  что-то говорил,  обводил руками зал, но я ни хрена не слышал, машинально кивал головой, запивая свое видение обжигающим виски.  Ревность, бурлящей волной вскипает мгновенно, заглушая все звуки вокруг, я пытаюсь держать себя в руках, мертвой хваткой цепляясь за железные перила. Я понимаю, что Ангел, в очередной раз вытаскивает из меня всех демонов ада, в тот момент, когда этот молокосос ее целует. Я даже знаю, что он ощущает в этот момент. Я знаю, какой  вкус и запах может отдавать эта девочка. Я знаю, как она может кружить голову, снося все планки. И во мне что-то хрустит в этот момент, ломаясь с треском.  В голове пульсирует, МОЯ! Он прикасается к  тому,  что принадлежит мне!  Я перестаю контролировать себя,  когда вижу,  что Ангел не отталкивает его, а наоборот отвечает ему, как когда-то отвечала мне. Я теряю всю способность логически мыслить и анализировать ситуацию. Перестаю понимать, что Лина совершеннолетняя и вольна делать все что хочет. И что она не принадлежит мне.
А потом она увидела меня. Я не знаю как, и не знаю зачем. Она просто поднимает свои небесные глаза на меня, и четко попадает  в цель. Ее глазки распахиваются  и округляются.  Вижу  в ее глазах полную растерянность. Несмотря на ее сегодняшний образ искусительницы, Ангел остается всего лишь маленькой девочкой, такой, какой я привык ее видеть. Молокосос тащит ее за собой к их столику, а она не сводит с меня глаз. И в моей затуманенной голове мелькает мысль, что девочке, неудобно,  неуютно. Она словно просит глазами прощение за все происходящее, не сводя с  меня своих нереально синих  омутов.
Когда они садятся за стол, молокосос, приобнимет ее за плечи,  пропуская через пальцы