Как быть, если рядом с тобой уже есть та, с которой ты видел свое будущее. И чувство долга, разрывает тебя изнутри. Однажды, познав предательство, оборвать крылья той, которая доверилась? Но что делать, если в твою жизнь врываются чувства к девочке, меньше всего подходящей на роль второй половины… Предупреждение: Наличие постельных сцен, возможно употребление нецензурной лексики.
Авторы: Шагаева Наталья Евгеньевна
любовь очень болезненна, от понимания, что мы никогда не будем вместе. У нас разные дороги и жизненные приоритеты.
Весь выходной я просидела дома в полной звенящей тишине, наедине со своими мучительными мыслями. Ничего не хотелось, ни есть, ни пить. Музыка и телевизор раздражали. Я просто сижу на кровати, обнимая себя руками, иногда беззвучно плачу, иногда улыбаюсь словно умалишенная, вспоминая его мимолетные ласки, нежные слова, и понимала, что насколько бы это не было плохо, но я не могу без него. Мое маленькое, ничего не понимающее сердце рвется к нему.
Я где-то слышала, что любовью надо переболеть. Заменить ее чем-то или кем-то. Но разве я не пыталась это сделать? Пыталась. Обманув вначале себя, а потом ничего не подозревающего Артема. Я не могу быть с ним, даже в качестве его друга, а уж тем более быть его девушкой. И мне нужно собрать все силы в кулак, посмотреть ему в глаза и сказать, что мы не сможем быть вместе.
А парень все звонил и звонил. Когда я ему не ответила, он стал закидывать меня сообщениями. И после последнего его смс о том, что он подъехал к моему подъезду, и не уедет, пока я не выйду, я решилась. Поднялась с кровати, умыла заплаканное лицо холодной водой, пытаясь придать ему хоть немного свежести, собрала волосы в высокий хвост, накинула куртку и спустилась к Артему. Спустилась для того чтобы раз и навсегда оборвать нашу связь, ведь друзьями он не захочет остаться и будет, наверное, прав. Если у одного из друзей есть хоть какие-нибудь чувства к другому, эти люди просто не могут быть друзьями.
Алексей
День выдался не из легких. Объект, больница, разговоры с прорабами, медиками. Выяснение обстоятельств падения, которые оказались до банального просты и смешны, как и все в нашей гребаной жизни. Рабочий просто проигнорировал технику безопасности, считая себя супергероем, залез на высоту без страховки. Поэтому претензий у него ко мне как к работодателю естественно не было. Но не все оказалось так просто, как я изначально думал. Моему юристу срочно понадобились документы, которые по нелепой случайности оказались у меня в квартире, а точнее в квартире в которой жила Лина. Я бы мог послать туда своего заместителя, но я же чертов умник запер их в сейф, код к которому знал только я. Я даже мог сказать ему код, но документы, хранящиеся там, были просто не для лишних глаз. И потом, как бы я себя не обманывал, но я не хотел, чтобы Лина оставалась с незнакомым мужчиной в одной квартире, даже недолгое время. Назовите это идиотизмом, или подсознательным желанием вновь ее увидеть. Пусть так, я уже и сам себе не доверяю, и даже не пытаюсь искать оправдания своим поступкам. И где-то внутри и вправду зарождалась искорка тепла и надежды на то, что я вновь ее увижу.
Я только подъехал к дому, а эмоции уже опережали мое понимание того, что я увидел. Словно гребаное дежавю, в моей голове мелькал вчерашний вечер, когда я увидел Ангела в объятьях нахального молокососа. Она была с ним. Опять, мать ее! Они стояли возле его машины, и он ее обнимал. Может со стороны это казалось дружескими объятьями. А в моей больной голове он вновь лапал ее, прижимая к себе, поглаживая по спине. И все повторилось, как будто и не было этого дня. Меня опять накрывает с головой бешеная ревность, и даже кажется что сейчас она в тысячу раз сильнее. Ревность та еще сука, она просто хватает меня за горло и безжалостно душит, заставляя захлебываться яростью. Как простая восемнадцатилетняя девочка смогла настолько глубоко запасть мне в душу?
Глушу мотор, останавливаясь поодаль, сжимаю руль до такой степени, что мне кажется, что он трещит под моими руками. Первым порывом хочу выскочить из машины и сломать руки этому малолетнему мудаку, которого еще вчера предупреждал, не приближаться к девочке. Я не знаю какие силы меня сдерживают в этот момент. Возможно, понимание того, что если я выйду из чертовой машины, я просто покалечу пацана. А может Ангелина и не помнит, что вчера было между нами после клуба. И я просто сам себе все напридумывал. А как же ее слова о том, что я ей снюсь и это чертово «влюблена»! Даже если она была пьяна и не помнит этого. Ну не могла же она настолько искусно врать. Ее глаза не врали в тот момент. Зачем ей это все? Может я сам был настойчив, сам целовал, сам обнимал и сходил с ума? Тогда почему она мне не сопротивлялась!? Отвечала мне! Зачем?!
Глубоко дышу, чувствуя, что сгораю и это пламя, сжигающее меня изнутри, сейчас вырвется наружу. Чувствую себя так, словно девочка ставит меня на колени, прекрасно зная, что со мной творит. И зачем-то специально выворачивает мне душу наизнанку. А когда я вижу, как он отстраняется от нее, а она так искренне ему улыбается, что-то говоря, мои внутренние планки с громким хрустом ломаются. Дергаюсь, рычу на
