Моя девочка

Я тоже когда-то был таким, юным и амбициозным, но жизнь, она сама диктует нам свои правила. Мне просто кажется, что простых переводчиков много, а вот технические переводчики, сейчас более востребованная профессия. Я сам с этим столкнулся и знаю о чем говорю, но я не смею возражать и спорить. Ты права милая, дети должны стремиться к лучшему. И мы, в любом случае, должны их поддерживать, даже если они принимают неправильные решения, — я не знаю зачем я спорю с этой юной особой, но мне безумно нравится ее реакция, вздернутый подбородок, дерзкий взгляд, и то, что девочка пытается мне доказать, что она не ребенок.

— Леша, ну хватит. Ангелина не глупая девушка. И несмотря на ее возраст, она всегда принимает очень верные и обдуманные решения, — Марина спешит смягчить наш маленький спор.

— Да, может мы уже закончим обсуждать мой возраст, — смотря на меня, произносит Лина. Усмехаюсь ей в ответ. А мне нравится этот маленький белокурый Ангел с характером.

— Не обижайся, Линочка. Я не хотел тебя обидеть. Я просто высказал свое мнение. И возраст у тебя просто замечательный, я многое отдал бы, чтобы вернуться туда, в свои восемнадцать лет. Давайте, наконец, сделаем заказ и поужинаем, — предлагаю я.

Дальнейший вечер проходит в теплой, семейной атмосфере. Как только мы прекращаем обсуждать возраст и выбор профессии строптивого Ангела, девочка тут же меняется, становится улыбчивой, жизнерадостной, как и положено в ее возрасте. Марина расспрашивает ее о своей сестре, об их жизни в маленьком городке. Лина с удовольствием все рассказывает. Я просто, молча, их слушаю. В какой-то момент, я ловлю себя на мысли, что подмечаю каждое действие девушки, ее жесты, улыбку, смех, ловлю ее интонацию, перемену в голосе. А самое главное, про себя, я зову ее Ангелом. А девочка, изредка, одаривает меня своим пронзительным, чистым взглядом, но как только наши глаза встречаются, она тут же опускает свои красивые глазки вниз. И мне совсем не нравится это наваждение, которое я не могу с себя стряхнуть.

***

— Тсс. Тихо, — шепчу Марине в губы. Целую, заглушая ее стон, и одновременно пытаюсь сдержать свой. Маришу отпускает оргазм, и она смеется мне в губы, слегка прикусывая мою нижнюю губу.

— Мы как шпионы, — говорит она. — Сначала мы боялись разбудить одного ребенка, а теперь их уже двое. А так хочется покричать и не сдерживаться.

— На выходных покричишь. Отправим твою племянницу погулять или в торговый центр. Сделаем подарок девочке, обновим ее гардероб. И тогда ты накричишься, это я тебе обещаю.

— Хорошо. Мне нравится твой план.

-А так, нам придется делать это тихо. Привыкай, тренируйся, — ухмыляюсь я, нависая над ней, убираю ее влажные волосы со лба. — Когда мы поженимся, ты родишь мне, как минимум, двоих детей.

— Двоих? Мы так не договаривались, — наигранно возмущается Маришка, слегка отталкивая меня от себя. — Я соглашалась только еще на одного, мне уже тридцать лет и после родов нужно будет сделать перерыв. А там я уже буду стара для этого.

— А мы сделаем небольшой перерыв, или постараемся и сделаем двойню сразу, — подмигиваю ей, и ложусь рядом с ней.

— Ну посмотрим, смотря как ты будешь стараться, — цокает в ответ, загадочно улыбаясь.

— Ты во мне сомневаешься?

— Ну что ты, как можно в тебе сомневаться? Ты самый надежный человек в моей жизни. И я каждый день благодарю Бога, что наши пути сошлись, — притягиваю Маришу к себе, нежно целую.

— Ты мне льстишь, но мне нравится. Хочешь воды?

— Да. Принеси мне, пожалуйста, минеральной воды с холодильника, — просит Марина. Поднимаюсь с кровати, надеваю пижамные штаны. Выхожу из спальни, прохожу на кухню, в которой горит тусклый свет от подсветки. Подхожу к холодильнику, не сразу замечая, что я не один. На подоконнике, с планшетом в руках, сидит Ангелина. Я вижу ее боковым зрением, попутно открывая холодильник. И она смотрит на меня, наблюдает. И я почему-то боюсь спугнуть момент, не выдаю себя. Беру бутылку воды, пью. Достаю еще одну маленькую бутылочку для Марины. Закрываю холодильник, оборачиваюсь к девочке. И ловлю Ангела, подсматривающего за мной. Лина тут же отворачивается, уставляясь в планшет.

— Не спится? — спрашиваю я, ставлю бутылку на стол, упираясь в столешницу руками, осматриваю девушку. На ней надеты короткие, хлопковые белые шортики, широкая белая футболка, с глубоким воротом, обнажающая ее плечо. Она прячется от моего взгляда в занавесе своих белокурых длинных волос, спадающих на лицо.

— Только не говорите, что детское время уже закончилось и мне пора в постель, — Ангел вновь показывает характер, поднимая на меня глазки, убирает волосы с лица.

— Я просто спрашиваю. Что интересного пишут? — указываю кивком