Заснуть в постели с мужем, а проснуться на невольничьем рынке! Я – рабыня!? Муж меня предал! И что мне, бедный попаданке, в магическом мире остается делать? Плакать и проклинать судьбу? Бессмысленно! В одном мне повезло: рабовладелец оказался красавцем! И влюбиться в него было так легко! Только какое может быть счастливое будущее у невольницы с хозяином? Смириться с участью рабыни? Никогда! Во что бы то ни стало овладею магией, чтобы вернуться домой! Только как понять, где теперь мой дом? Там, где я свободна, но одинока, или здесь, где я рабыня, но люблю и любима моим рабовладельцем?!
Авторы: Ветреная Инга
ему сразу вспомнился Теобальд, и он потребовал сказать, кого она ищет.</p>
<p>
Когда выяснилось, что Елена пыталась найти не кого-то, а что-то, а именно – зеркало, Крэйг растерялся и повел себя, как кретин, не нашел ничего лучше, чем задать глупый вопрос. Она и взглянула на него соответственно, правда, быстро отвела глаза в сторону, а потом как слабоумному ответила, даже начала что-то объяснять. Маркиз еле сдержался, чтобы не рассмеяться, но поскольку такое поведение с его стороны было недопустимо, он отвернулся, чтобы успокоиться.</p>
<p>
А Елена решила уйти, снова, естественно, без разрешения, он не позволил, стал расспрашивать. На все его вопросы она отвечала так необычно, что он терялся, но готов был слушать ее бесконечно. Маркизу не хотелось ее отпускать, но и поводов удерживать не было. Кроме одного. И он, забыв, что решил не торопиться, задал ей прямой вопрос, предполагавший ответ, исходивший от покорной рабыни.</p>
<p>
Глава 21</p>
<p>
То, что он услышал, было насколько неожиданно, настолько же и чудовищно. Она приравняла его к насильникам! Его, благородного рыцаря, жалкая рабыня обвинила в бесчестии, смешала с грязью, как какого-то бандита или развратника! В тот момент он еле сдержался, чтобы не убить ее тут же, на месте. Взбешенный несправедливым, отвратительным обвинением, он стал надвигаться на нее, устрашающе сверкая глазами. Она не отступила, а, задрав голову, чтобы видеть его глаза, продолжила говорить такие же немыслимые вещи. Крэйг сам не понял, как сдержался, а не раздавил ее, как насекомое.</p>
<p>
Самое неприятное, что он чуть не перестал контролировать свою магическую силу, и понял это только тогда, когда она, пошатнувшись от страха, отступила. Он сразу же опомнился, отошел от нее и велел убираться, пока не случилось беды, потому что, если бы его магия подействовала на нее, то девушки уже не было бы в живых. Крэйг был уверен в этом, потому что не раз видел действие своей разрушительной магической силы на окружающие предметы и на людей, точнее, на врагов.</p>
<p>
Маркиз перестал метаться и сел в кресло, пелена, которая некоторое время стояла перед глазами, и сквозь которую он мог видеть только очертания предметов, спала. Нельзя было сказать, что он успокоился, шквал эмоций, обрушившихся на него после слов рабыни, потряс его. Он решил пока не думать ни о ней, ни о том, что она сказала. Понимал, что надо успокоиться и разобраться со всем этим на холодную голову.</p>
<p>
Крэйг отправился на ристалище во дворец. Ему необходимо было на время забыться, сражаясь с противником на поле боя, и неважно, были ли это какие-нибудь состязания, или обычные тренировки, любой вариант его вполне устраивал. Когда прибыл во дворец, выяснилось, что там проходили состязания на мечах, Крэйг пожелал стать их участником, и в течение трех часов сражался на поле с соперниками.</p>
<p>
Вернувшись домой, он чувствовал себя отдохнувшим, было ощущение, что всю свою злость и ненависть маркиз оставил на площадке для состязаний, эти негативные эмоции помогли ему одержать победу почти во всех поединках. Крэйг вновь был готов к преодолению трудностей, потому как, несмотря на то, что Елена его оскорбила, желание обладать ею никуда не пропало.</p>
<p>
Обида, горечь, непонимание не исчезли, они остались, но уже не жгли его душу, а остыли, отошли на второй план. Прежде чем заняться решением проблем, Крэйг должен был получить внятные ответы на возникшие вопросы, исправить ошибки, которые допустил.</p>
<p>
Он уже более спокойно мог вспоминать и анализировать разговор с рабыней, даже попытался понять ее, но пока не получалось. Сказать, что ее поведение было необычным, было недостаточно, потому что оно не вписывалось в то, к чему он привык, ломало традиции и нормы. Елена не была глупой и не могла не понимать, чем может закончиться ее протест, но, тем не менее, она бросила ему вызов, да, если честно, не только ему, а всем, кто жил по этим законам. Что ею руководило? Чего она добивалась?</p>
<p>
Сейчас Крэйг понимал, что бросить вызов в ее бесправном положении могла только сильная духом, неординарная личность. Возможно, стоит рассматривать ее обвинения, как своеобразный способ защиты? Последний шанс? Маркиз понимал, что без Елены ему в этом не разобраться. А, может, и не потребуется ничего делать? Вдруг она одумалась и смирилась? Маркиз усмехнулся, слабо веря в такую версию.</p>
<p>
Он вызвал управляющего
