Моя случайная

она. Врет и даже не запинается. Я ложь всегда за версту чувствую, никакая она не журналистка, а маленькая врушка. Киваю головой, делая вид, что поверил. Яна скидывает с себя плед, встает с кресла, снимает с зарядки свой телефон, ждет, когда он включится. Пальчик закусывает, волосы поправляет, проводя по ним рукой, а я представляю какие они мягкие, шелковистые, и как будут чувствоваться , если запустить в них руку.
   — Действительно нет связи, – в каком-то отчаянии произносит она,и начинает строчить сообщение. Οблокачивается на тумбу и немного выставляет округлую и аппетитную попку вперед. И тут во мңе просыпается мужчина на примитивном уровне. Меня окатывает жаром внезапное желание, и вся кровь приливает в пах. Твою мать, кареглазая, что ты со мной сотворила всего за час нашего знакомства? Поднимаюсь с кресла,иду на кухню, снова ставлю чайник, чтобы заварить ещё горячего чая. Глубоко вдыхаю, понимая, что это будет чертовски сложно находиться с этой женщиной в одной комнате и не иметь возможности касаться ее.

***

   Просыпаюсь в шесть утра, что для меня не свойственно. Еще час ворочаюсь из стороны в сторону в надежде вновь заснуть, но все бесполезно. Поднимаюсь, иду в ванную, принимаю бодрящий душ. Обтираюсь полотенцем, осматриваю себя в зеркало, решая сегодня не бриться. Дверь в ванную резко распахивается, оборачиваюсь и вижу, как кареглазая на мгновение застывает, сжимая ручку двери. Я полностью обнаженный, сам теряюсь от неожиданности. Несколько секунд ступора,и я ловлю Яну за тем, что она откровенно рассматривает меня с ног до головы.
   — Нравится? – спрашиваю я, усмехаюсь, видя, как она приxодит в себя, краснеет, отводит взгляд от моего тела, быстро выходит, захлопывая за собой дверь.
   — Извини! Я не знала что ты в ванной! – кричит она мне через дверь. Накидываю полотенце на бедра, выхожу из ванны, видя, как девушка застыла в коридоре.
   — Не извиняйся кареглазая, сам виноват. Не закрылся по привычке, — отвечаю я, видя, как она боится на меня посмотреть. И тут я сам не могу отвести от нее глаз. С утра она еще красивее, чем днем. Настоящая, естественная , со слегка припухшими от сна губами, которые мне кажутся такими мягкими, теплыми и вкусными . И у меня сводит скулы от желания их попробовать. Разворачиваюсь и быстро ухожу в комнату одеваться. Злюсь на себя. Как подросток какой-то, у которого женщин не было, а теперь его оставили наедине с красивой девушкой и он не может устоять, постоянно пуская на нее слюни.
   Быстро натягиваю черные джинсы и свитер, взъерошиваю еще влажные волосы руками и выхожу на кухню. В доме немного прохладно после холодной ветреной ночи. Яна сидит на диване, вновь кутаясь в плед.
   — И кaк тебе спалось на этом диване? — спрашиваю я, недовольно смотря на девушку. Я вчера потратил почти час, уговаривая ее спать на моей большой, удобной кровати, но она упорно упрямилась и осталась на диване.
   — Спасибо, хорошо, — вежливо отвечает она, смотря в окно. – Метель закончилась, ветра нет. Кақ ты думаешь, дороги уже открыли? — спрашивает она.
   — Вряд ли, снегу намело почти по пояс, я вообще сомневаюсь, сможем ли мы сегодня твою машину вытащить из заноса. Если тольқо ближе к вечеру, конечно если в этом поселке вообще чистят дороги от снега.
   — Ты что неместный? — удивительно спрашивает она, наконец-то поворачиваясь в мою сторону.
   — Нет, пока нет. Я этот дом неделю назад купил, приехал отдохнуть, – поясняю я, на что кареглазая просто кивает в ответ, переключая внимание на щенка, который видимо, спал у нее в ногах, а теперь наслаждается ее поглаживанием. Иду на кухню, заправляю кофеварку, открываю холодильник, обдумывая, что приготовить на завтрак, не могу же я второй день кормить кареглазую бутербродами, да она и не ела толком ничего вчера.
   — Ты что больше любишь, простую яичницу или омлет?! – кричу кареглазой из кухни. Слышу ее приближающиеся шаги и вот она на пороге, облокачивается об дверной проем и вновь кидает в плен своих красивых, карих глаз.
   — Омлет. Позволь я сама приготовлю. Α то мне как-то неудобно стеснять тебя,ты ещё и готовишь для меня.
   — Хорошо готовь! – жестом руки предлагаю ей пройти на кухню. — И ты меня не стесняешь. Просто готовлю я, если честно не очень, боюсь тебя отравить кареглазая, — последнее слово вырывается само собой. Я помню наш уговор не называть ее так. Но черт, в моих мыслях она именно кареглазая, а еще милая, нежная и красивая,и еще кучу эпитетов, которые ей подходят. – Холодильник и плита в твоем распоряжении. А я тогда пойду, камин растоплю, прохладно что-то.
   Яна неплохо готовит, ни то, что не плохо, а просто прекрасно! Тем самым добавляя себе ещё один плюс в моем большом списке ее положительных качеств.