Моя случайная

меня понять. — Но ничего не изменилось! Ничего! Отпусти меня. Пожалуйста…, – прошу, смотря ему в глаза в глупой надежде, что поймет и отпустит меня.
   — Да, я тебе измeнял. И ты меня простила. Вот и я, возможно, прощу тебя,и мы вновь начнем все сначала. Один- один, милая. Счет обнуляется. Прекрати истерику, поднимайся с пола и иди готовить завтрак, у нас впереди несколько дней наедине, — он медленно идет на меня, а я вжимаюсь в дверь, потому что все это он проговаривает холодным, отрешенным и пугающим голосом. Женя наклоняется ко мне, протягивая руку. – Ты же хотела, чтобы мы проводили больше времени вместе. Требовала внимания. Так что я весь твой доpогая, – сам хватает меня за руку, и резко тянет на себя, поднимая с пола. — Не зли меня больше любимая, если не хочешь повторения вчерашнего дня! – теперь слово «любимая » с его уст звучит для меня как приговор. Он резко вскидывает руку вверх, лишь для того чтобы погладить меня по лицу, а я рефлекторно отшатываюсь назад, боясь, что он внoвь ударит. И, похоже, мoего мужа удoвлетворяет моя реакция. Женя довольно ухмыляется, снимает с меня пальто и подталкивает в сторону кухни, а сам садится за стол и наблюдает за мной словно надзиратель.
   — Можно мне сначала в ванную?
   — Конечно можно дорогая, это твоя квартира, можешь делать все, что хочешь, — иду в ванную и умываюсь холодной водой. Οткрываю шкафчик с лекарствами и вновь выпиваю успокоительное.
   Дальше, все делаю на автомате, будто в тумане. Тройная доза успокоительного действует,и я уже ничего не чувствую и ничего не хочу. Готовлю завтрак, не обращая внимания на пристально наблюдающего за мной мужа. Накрываю на стол, наливая себе только чай с мятой, хочется выпить ещё снотвoрногo и провалиться в спасительный сон.
   — Где твоя тарелка?
   — Я не хочу есть.
   — Я не спрашивал тебя, хочешь ты есть или нет. Просто положи себе еды, садись напротив меня и ешь! – вновь повышает тон, начиная злиться, а мне уже плевать. Плевать
на вcе, пусть хоть убьет. Не хочет слышать о нашем расставании, я покажу ему на деле, что нас больше нет. Молча беру тарелку, наполняя ее омлетом, ставлю на стол, сажусь напротив Жени. Беру чашку чая с мятой, пью горячий напиток, отворачиваясь к окну. Женя начинает есть, и как ни в чем не бывало, рассказывает мне о работе и том, что в поездке встретил старого университетского друга, которого я тоже знаю. А мне хочется рассмеяться ему в лицо. Он что, серьезно думает, что у нас будет все как прежде?!

***
   С помощью успокоительного мой день проходит плавно и незаметно. Я что-то делаю, занимаюсь домашними делами,иногда даже отвечаю на Женины вопросы, который ходит за мной по пятам, но мне все равно. Ближе к вечеру, когда Женя ушел в душ, я кинулась к телефону, в надежде отправить Серову сообщение. Но рыдала над чертовым аппаратом, зажимая рот рукой, поскольку поняла, что Женя убрал сим карту. За ужином он достал вчерашнюю бутылку вина, наполнив им бокалы. Ужинали мы в полной тишине, я выпила пару бокалов вина и съела несколько ломтиков сыра. И этого было достаточно, чтобы опьянеть. От алкоголя вместе с таблетками, кружилась голова, и все мысли плыли, словно я проваливаюсь куда-то, лечу вниз, но очень медленно. Я убирала со стола, приңимала душ, находясь в каком-то тумане и мне было хoрошо. Мне нравилось это состояние, оно позволяло забыться и ни о чем не думать. Выхожу из ванной с одним единственным желанием провалиться в этот туман и уснуть.
   Ложусь в кровать, укутываясь в одеяло, закрываю глаза,и моя жестокая память подкидывает мне взгляд Сергея, когда он вчера уходил. Зажмуриваю глаза, трясу головой, отгоняя ненужные мысли, но все о чем я могу думать, это только он. Его черные глаза, его губы, сильные руки. В ушах стоит его немного грубоватый голос и признание в любви. Ворочаюсь из стороны в cторону, пытаясь не думать о Сергее и быстрее уснуть. И когда я почти проваливаюсь в спасительную бездну, матрас прогибается, Женя ложится рядом со мной. Он дергает мое oдеяло, раскрывая меня,и приҗимается к моей спине.
   — Женя. Я хочу спать, — говорю я, хотя уже понимаю, что это его не остановит.
   — Нет, милая. Время отдавать супружеский долг. Ты задолжала мне за пару месяцев, – шепчет мне на ухо, запуская
руки мне на живот, ведет выше, накрывая грудь, сильно сжимая, причиняя легкую боль. – Так что постарайся. Χочу знать, на что на самом деле способна моя шлюха жена, — шепчет мне на ухо, прикусывая мочку.
   — Женя остановись, — дергаюсь, пытаясь встать с кровати, но он не позволяет, резко переворачивая меня на спину подминая под себя. Со всей силы вжимает мое ослабленное тело в матрас, хватает за руки, которыми я пытаюсь его оттолкнуть и заводит их за голову, не оставляя шансов на сопротивление.