Мозаика чисел

мне не удается ее убедить уехать из этого осиного гнезда.
– Куда она сует нос? – нахмурился сыщик.
– Она встретила здесь цветочника. Главного подозреваемого. Катя не в курсе наших дел, а сказать ей правду я не могу. Так вот, цветочника она видела раньше, еще в Москве, когда покупала цветы для моего кабинета. Он парень видный и запомнился ей. А тут мы его встречаем на пляже. Она сделала вывод, раз частный сыщик, которого мы наняли, тоже здесь, значит, цветочник и есть главный грабитель. Вы мне велели не показываться на людях. Я так и сижу в номере безвылазно, а Катя следит за цветочником. Даже добилась результатов. Но я боюсь, что они ее видели.
– Кто они, Генри? – терял терпение Визгунов.
Житинский достал фотографии и положил их на стол.
– Вот. Катя фотографировала их из кустов. Эти два типа приходили вчера к цветочнику. Кошмарные рожи. А у одного из них в руках подводный пистолет. Зачем? Они же не на пляж шли и не с пляжа. Катя хотела их проследить. Вчера нашла коттедж одного, а сегодня собиралась найти второго и пропала. Позже десяти вечера она не возвращается. А сейчас уже полпервого ночи.
Визгунов внимательно разглядывал фотографии. Он не думал, что участники ограбления могут каким-то образом вычислить друг друга. Все были в масках. Кто-то им помог. Загадка складывается серьезная. Вместе они сила, и серьезная. Ни один добровольно не поднимет лапки вверх и не произнесет: «Сдаюсь!» Им терять нечего, и они пойдут до конца.
– Вы знаете, Андрей Данилыч, а этого типа я видел в ресторане отеля «Каспий».
Житинский указал на Тапёра, снятого рядом с Хлястиком. Визгунова словно током ударило.
– «Каспий», что в Махачкале?
– Да, а чему вы удивляетесь? – удивился финансист.
– Что вы там делали?
– Ехал к вам, как вы велели.
– Я велел?
– Да. Вы мне сказали, что пока находитесь в Махачкале, но можете уехать в любую минуту, а потому если вы меня не застанете, то получите записку, оставленную мне у администратора на ресепшен.
Теперь и Визгунов сел в соседнее кресло. Он поймал себя на мысли, что даже не спросил Житинского, как тот его нашел. Находясь в Махачкале, сыщик еще не знал, где находится сейнер «Дербент», и не знал, куда ему ехать. Только после подтверждения точной стоянки он решил все вопросы, да и те с помощью начальника УГРО Махачкалы Рудика Игнатьева.
– Ладно, Генри. У меня склероз. Ничего не помню. Ты по какому телефону мне звонил? Номер? У меня их много.
– По переговорному. Мы в день операции по нему общались.
– Понятно, – тяжело вздохнул Визгунов. – Я сам подошел к телефону и что тебе сказал?
– Ну, я не сразу вас узнал. Это я вам сказал, что у меня плохие новости и нам надо поговорить один на один. С глазу на глаз. Тогда вы мне и сказали, чтобы я приезжал в отель «Каспий» в Махачкалу. Только номера своей комнаты не назвали. Сказали, что будем общаться через портье. Записками.
– Значит, голос ты мой не узнал?
– Так плохо же слышно было. Вы не в Москве, а далеко.
– Хорошо. Что дальше?
– Купили билеты и приехали. Записки на мое имя у портье не было. Свободные номера имелись. Мы заказали люкс и прожили там три дня. И только на третий день я получил записку. Там вы велели мне зайти на почту в Кызыл-Бурут под Баку и получить следующие инструкции. Я все делал, как вы велели. И вот я на месте.
– А про убийство в отеле знаешь? – разглядывая собеседника, спросил Визгунов.
– Да. Шума много, толку мало. Мы уехали на следующий день ночным теплоходом. Он только один и ходит до Баку. Так как быть с Катей? Ее же искать надо. Какой из меня сыскарь?
– Кстати, Генри, а зачем ты взял с собой жену?
– Просто мы никогда никуда вместе не ездили, – пожал плечами Житинский, – а потом, она очень переживает за меня. Я же говорил о куче моих следов на месте убийства банкира Гольдберга.
– Ладно. Я приму меры к поиску Кати, а ты, Генри, возвращайся в свой коттедж и сиди, не рыпайся. Мы найдем твою жену. Здесь не так много мест, где можно искать пропавшего. А сейчас мне надо подумать.
Визгунов выпроводил Житинского за дверь. Из спальни тут же вышел полковник Липатов.
– В каком месте ты просчитался, Андрей? – задал вопрос Липатов.
– Просчетом это трудно назвать, Юра. Телефон, по которому мне звонил Житинский, дал мне профессор по имени Илья Макарович. С него я звонил профессору и назначал ему встречи в парке. Настоящего его имени мы не знаем. Но он один из руководителей оружейного комплекса. По словам Житинского, люди профессора требовали все найденные деньги отдать им, а не вернуть в банк. Рыбка клюнула. На горизонте появились миллионы. Они хотят напрямую выйти на покупателя, минуя банк и фирму «Колос», которая действует