символическую. Герт Фоуби, вице-мэр Сан-Франциско, и Рэкс Мак-Говер, директор порта Сан-Франциско, получают одну долю на двоих, но лишь от реализации товара на севере Калифорнии. Ральф Мейсон, заместитель директора департамента полиции Лос-Анджелеса, получает среднюю долю. Он предоставляет охрану для транспортировки сырья из Мексики. Конечно, Мейсон получал бы значительно больше, если бы эта операция проходила нелегально. Но он выполняет функции, которые возложены на него губернатором штата, согласно договору, утвержденному сенатом страны, и вынужден довольствоваться крошками со стола. Я и Люк О’Робби получаем самый большой процент. Люк О’Робби один из богатейших людей на Тихоокеанском побережье, вложил огромные средства в развитие дела и обязан получать наибольший кусок пирога. Что касается меня, то я являюсь мозговым центром предприятия и держу в своих руках все источники за границей. Без моего участия в страну не поступит ни одной унции морфия. Теперь вы понимаете, мистер Элжер, против какой организации направлена ваша борьба?! Любая попытка помешать ритмичной работе огромного и мощного механизма обречена на провал. Мельница перемелет, сотрет в порошок армию таких, как вы. А то, чем вы пытались запугать капитана Шерда, по меньшей мере капля в океане.
— Но вы пришли сюда!
— Только из уважения к вам. Вы на редкость умный, решительный и сильный человек. Я уважаю достойного противника.
— После ваших откровений я не верю в то, что вы меня выпустите на свободу. Для вас я теперь как бомба под ногами.
— Ну что вы! Я хочу перетянуть вас на свою сторону. Мне нужны такие люди, как вы.
— Рискованный шаг. Скажите напоследок, зачем вам понадобилось убивать Тома Хельмера?
— Кто это такой?
— Адвокат и поверенный Хоуксов и Дэллы Ричардсон.
— Впервые о нем слышу. Поверенный Дэллы — Эрвин Беддоуз. Его я видел.
— Но он стал ее поверенным недавно. Суток еще не прошло.
— Ну, это еще ни о чем не говорит. Вы уже поняли, что я был откровенен с вами и не стал бы скрывать такой мелочи.
— Но Хельмера могли убить по приказанию Коди-Тросточки. Мне показалось, что ваш секретарь ведет двойную игру.
— Вы меня не удивили, Элжер. Конечно, когда мне рекомендовали Коди, как высококлассного специалиста, я не мог отказаться. Но он не пользовался моим полным доверием. Я раскусил его за неделю. Все телефонные переговоры в моих владениях прослушиваются особой командой доверенных людей. Коди должен был умереть два года назад, как только пришел ко мне, но я не стал его убирать. Благодаря его болтовне я могу знать, что делается в стане противника и чем они интересуются. Наш план дал трещину, как и любая организация, которая ворочает таким крупным капиталом. Всегда образуется группа недовольных, неудовлетворенных. Люди алчны! Не существует такой суммы денег, которая могла бы удовлетворить человека. На первом этапе, когда в твоих руках появляется мешок денег, ты счастлив и тебе кажется, что этого хватит на жизнь нескольких поколений. Но человек, сам того не замечая, быстро перерождается. У него возникают новые запросы, и то, что раньше казалось ему недоступным, сегодня становится обыденным. Чтобы мой бизнес имел крепкий мощный фундамент, в него должны входить такие люди, как Люк О’Робби, которые уже владеют огромным состоянием и которые вложили средства в мою идею, как в обычное прибыльное дело, с которого можно получать определенный процент. Но в нашей команде слишком много нищих, которые не имеют других доходов, за исключением наркобизнеса. А это ведет к внутренним распрям и грызне за каждый цент.
Семь лет назад, после второго совещания, когда меня еще держали в клетке, я сказал Шейверу: «На каждой из встреч прибавляется по два новых партнера. Если вы задумали создать из моего плана целый синдикат, то его участь предрешена. Он не просуществует больше чем пять-десять лет». На это Шейвер мне ответил: «Ты слишком мелко плаваешь. Мне не жаль кучки убийц, которая сдохнет от твоего зелья, но вся выручка составит пару ломаных центов. Много ли денег у каторжников? Нет, такое дело надо ставить на широкую ногу. Нам нужны связи и хороший заслон. Мы этого добьемся. При тех поставках, о которых ты говорил, на всех хватит».
Я не согласился с Шейвером, но промолчал, у меня не было выбора. То, что происходит сейчас в нашей корпорации, должно было произойти, но я знал об этом много лет назад и изобрел противоядие. В любом случае на моей стороне сильное большинство.
— Противоядие против Дэнтона? Против мощной машины ФБР? С ним по телефону говорил ваш секретарь. Он также упомянул Фоуби и Мейсона, а Мейсон руководит полицейским аппаратом Лос-Анджелеса. Не забывайте, мистер Пако, что у вас рыльце в пушку и вряд ли
