юноша, вы настроены серьезно и хотите копнуть под «Китайскую стену». Я рад этому и буду всегда готов прийти на помощь, если она потребуется. Но только не теряйте головы. Здесь как на тропе через топь. Шаг в сторону, и тебя нет. Рассчитывайте на меня. Я хоть и стар, но глаз у меня верный и рука не дрожит.
— Я думаю, до этого дело не дойдет. Вы говорили еще о каких-то людях, которые работают в Центре.
— Да. Об Эрнсте Игане и Ароне Лоури. Но они живут в резервации и до них не добраться.
— В резервации?
— За стеной. Там живет большая часть персонала. Категория неблагонадежных. Никто не видел, чтобы они покидали застенки. Не больше двух десятков сотрудников выезжают за территорию богадельни и возвращаются вечером домой. Сестра Скейвол относится к числу благонадежных. Харви ездит за ней каждый вечер.
— Я видел там жилые бараки.
— Они должны быть там, если их нет снаружи.
Старик проводил меня до машины, я поблагодарил его и уехал.
Выезжая на шоссе, я ловил себя на мысли, что занялся я не тем, чем надо. Какое мне дело до Центра Ричардсона, моя задача искать Лионел Хоукс, а не совать нос в дела ее мужа. Если у меня найдется свободное время, то я загляну к медсестре и воспользуюсь рекомендацией старого охотника, но только не теперь, когда каждая минута на учете.
Я ехал в город и не мог сосредоточиться на деле. Разговор с Роджером Доусоном не выходил у меня из головы.
Ресторан «Шали», о котором упоминал Гилберт, был высококлассной коробкой. Зал пустовал. Зеркально натертый паркет, зеркальные потолки, белоснежные скатерти и золоченые стены с лепниной. В таких местах я терялся и вел себя неуклюже.
На середину зала, навстречу мне вышел метрдотель, лощеный и сверкающий, как пол под ногами.
— Простите, сэр, но ресторан закрыт. Мы откроем через час.
— С которого часа у вас перерыв?
— С трех до шести. Рады будем видеть вас вечером.
— Я по делу.
Я подал гусаку свою деловую визитную карточку. Он внимательно прочел и с удивлением взглянул на меня.
— У нас престижное заведение, мистер Элжер, и криминальных происшествий не бывает.
— Никто не утверждает обратного. Я работаю на
семью Хоукс, и меня интересует, когда вы видели миссис Хоукс в последний раз?
— Если вы работаете на эту семью, то уместнее задать этот вопрос миссис Хоукс.
— Я так и сделал бы, будь она в городе. Но миссис Хоукс уехала на отдых в Европу, и мы не можем с ней связаться. Трудно поймать человека, когда он находится в круизе. Мистеру Хоуксу стало известно, что человек, с которым его супруга встречалась две недели назад в вашем заведении, представляет определенную опасность для семьи. Вы можете связаться с Майком Хоуксом, и он подтвердит, что я представляю его интересы,
В рыбьих глазах мэтра пробежала тень сомнения. Но я был так убедителен, что сам верил в то, что говорю.
— Вы правы, миссис Хоукс была здесь две недели назад. Она заказала столик на двоих и кого-то ждала, но никто к ней не пришел.
— В котором часу это было?
— В одиннадцать тридцать.
— В котором часу она ушла?
— В двенадцать. Ей позвонили, и она тут же ушла.
— Кто звонил?
— Этого я не знаю, сэр. Мы можем уточнить этот вопрос в баре.
— Хотелось бы.
Мэтр развернулся и направился в другой конец зала. Я брел следом, и мне казалось, что в этом человеке зацементирован стальной лом, который лишил гибкости его тело.
За стойкой стоял чернокожий парень в белом смокинге и перчатках, а на стойке в углу находился телефон.
— Рекс, этот джентльмен представляет интересы мистера Хоукса. Его интересует, кто звонил миссис Хоукс во время ее последнего визита к нам.
Бармен тоже сделал удивленное лицо. Они вели себя так, будто любое слово, которое не значилось в меню, им приходилось долго вспоминать и определять его смысл.
— Да, сэр. Я помню тот случай. Это произошло утром, когда еще не так много гостей. Точное время не помню, но зазвонил телефон и попросили подозвать миссис Хоукс. Я передал просьбу распорядителю зала, — он кивнул на гусака, — и продолжил свою работу.
— О чем она говорила?
— Я не прислушивался, сэр.
— Это понятно. Но вы же слышите мои вопросы, а я нахожусь от вас на том же расстоянии, что и телефон.
— Ну, точно я не помню, миссис Хоукс возмущалась, что у нее отнимают время. Потом она резко сказала: «Ладно, я сейчас приеду, но если вас не будет в «Пальмире», то не рассчитывайте на встречу со мной». Я так понял, что звонивший не захотел приезжать сюда, а перенес встречу в «Пальмиру».
— Уникальная сообразительность. Кто просил ее к телефону? Мужчина?
— Нет, сэр. Женщина. Мне показалось, что она немного заикается или очень взволнована.
