изменять психику человека. Ричардсон был против этих методов, но конгресс, с небольшим перевесом, принял сторону Вендерса. Спустя месяц Ричардсон умер, и его место занял Хоукс. Он не только не уволил Вендерса, но и назначил его главным психиатром клиники. Как мы знаем, Вендерс и сейчас занимает этот пост и входит в число членов интересующей нас комиссии. Он богат, имеет виллу на берегу океана в пригороде Санта-Барбары, у него двое детей и третья жена, которая на год старше его дочери. Хоукс был приверженцем теории Ричардсона в методах лечения и был приглашен за год до смерти профессора в клинику. Хоукс привез из Нью-Йорка двух своих ассистентов, Грету Веймер и Алина Томадо. О Грете Веймер нам известно, что касается Томадо, то этот человек превратился в невидимку. Его имени нет ни в одном справочнике близлежащих городов. Возможно, он уволился и уехал из штата или что-то в этом роде. Хоукс очень быстро вошел в доверие к Ричардсону и вскоре стал общепризнанным преемником старика. О деятельности Хоукса в Нью-Йорке ничего не известно, кроме того, что в начале своей карьеры он специализировался как полевой хирург и побывал в нескольких «горячих точках», где были расквартированы наши войска. Как он попал в когорту психиатров, нам неизвестно.
Эмми протянула мне несколько вырезок из газет и продолжила:
— Ричард Дэнтон, который также является членом комиссии, начинал с обычного агента ФБР и дошел до заместителя директора этого ведомства. Восемь лет назад Гувер направил Дэнтона в Калифорнию с назначением на пост директора ФБР штата. Это было не понижением, а скорее повышением, так как Вашингтон практически не вмешивается в дела Калифорнии. Местные джи-мены называют Дэнтона «наследником Гувера». В общем, можно понять, что такой человек имеет все основания быть членом комиссии. Удивляет другое. Дэнтон, стоящий на ступени государственного чиновника, которую можно приравнять к должности заместителя министра, лично возглавляет операцию по уничтожению беглых психов. Это равносильно тому, что губернатор приехал бы в «Белый пингвин» разбираться в пьяной драке. Но самое интересное заключается в другом.
Эмми положила передо мной еще одну газетную вырезку.
— Этот снимок сделан три года назад в Филадельфии, когда там проходил конгресс психиатров. Ты можешь узнать трех человек: Хоукс, Дэнтон и Уит Вендерс. Возникает вопрос: что делает на собрании ученых директор ФБР штата?
— Следит за порядком.
— Другой причины не найдешь. Для этого ему потребовалось перелететь через континент. Вопрос остается открытым. Смотрим дальше. Вот это — Гарри Мейер, тот, что погиб в автомобильной катастрофе. Член интересующей нас комиссии со дня ее основания. Личность незаурядная. Участвовал в избирательной кампании президента Рузвельта. Уроженец Лос-Анджелеса. Политик чистой воды от пяток до корней волос. Дважды избирался в сенат. Последние годы жизни являлся секретарем сенатской комиссии по социальным вопросам и курировал штат Калифорния. Очень влиятельный человек, и два последних президента назначали его своим советником. Перед самым побегом умалишенных из Центра Ричардсона, точнее, за две недели, повел себя странным образом. Неожиданно Мейер сделал заявление, что в штате Калифорния процветают коррумпированные структуры, которые готовы потопить страну в хаосе и преступности, отбросив завоевания демократии на сто лет назад. Мейер назначил пресс-конференцию и подготовил доклад для сената. На следующий день его машина врезалась в самосвал. Погиб Мейер, его шофер, телохранитель и водитель самосвала. По заключению дорожной полиции, вина за аварию целиком лежит на шофере Мейера. Он ехал на недопустимой скорости и не смог справиться с управлением, когда выскочил на перекресток, где в это время находилась большегрузная машина. У нас есть схема аварии, и она подтверждает заключение полицейских. На убийство это не похоже, если только водитель Мейера не решил покончить с жизнью. И опять мы вправе поставить вопрос. Почему на следующий день после похорон вдова Мейера и его сын исчезают? Они бросили все: дом, имущество, недвижимость, и уехали. Через несколько дней в газетах появилась заметка, что миссис Глория Мейер и ее двадцатилетний сын Роберт Мейер пересекли мексиканскую границу. Журналисты шли за ними по пятам, но их след оборвался в Бразилии. Глория Мейер чем-то была напугана. Только страх может заставить человека отказаться от благополучия и привычного образа жизни. Вчера мы с Риком заезжали в редакцию «Голоса Запада», там мы застали Генри, старого приятеля Рика, который работает в этой газете больше десяти лет. Так вот. Генри утверждает, что тогда прошел слух, будто вдова с сыном собрались улететь в Швейцарию, и целая
