Обрати внимание, лейтенант, номера на оружии сточены. Таким пользуются только профессионалы, а не журналисты и нотариусы. Ну что, смешливый, ты все успел записать? Не бери примера с начальства, а то вылетишь на улицу следом.
Лейтенант слушал меня, скрипя зубами. Когда я закончил, он схватил меня за лацкан пиджака.
— Если ты не уберешься из города в течение часа, то сядешь за решетку! Понял, фраер! Вон отсюда!
— Не брызгай слюной, пес вонючий!
Я взял его за руку, которой он зацепил мой пиджак, и нежно сжал ее. Глаза лейтенанта стали вываливаться из орбит, а жилы на красной роже готовы были лопнуть в любую секунду.
— Запомни, гнида, если ты будешь мне мешать, то я сотру тебя в порошок!
В запястье лейтенанта что-то хрустнуло, и он взвыл, как подстреленный слон. Сержант вскочил на ноги и схватился за кобуру, но я опередил его, и мой «кольт» коснулся его лба.
— Не дергайся, сосунок!
Парень замер на месте и покрылся потом, словно его окатили из бочки водой. Конечно, я сделал ошибку, нервы не выдержали. Такие промахи непростительны. Угрожать оружием представителю закона во время исполнения служебного долга — значит сесть за решетку года на три. В лучшем случае меня могут лишить лицензии.
Но отступать некуда, начатое придется довести до конца. Я выдернул револьвер из кобуры толстяка и толкнул его на диван. Тот держался за руку и выл, как голодный койот среди ночи.
— Повернись к стене, руки за голову, — приказал я сержанту. Беднягу трясло. Он точно выполнил приказ, но локти над его головой ходили ходуном. Я вынул оружие из его кобуры и снял с пояса наручники. Затем, пропустив цепочку наручников через железную спинку кровати, окольцевал обоих копов. Если захотят уйти, то только с мебелью.
— Ну, Элжер, тебе не уйти от меня — сопел лейтенант.
Еще одна глупость. Я успел назвать себя.
— Ты мне за все ответишь, — продолжал шипеть толстяк с пеной у рта.
Я достал платок, стер свои отпечатки с оружия полицейских и оставил револьверы на столе так, чтобы они не могли до них дотянуться. Выйдя из номера, я запер его на ключ, который торчал в замке, и выбросил его в урну.
Парень у лифта встал, когда я проходил мимо.
— В номер никого не допускать. Лейтенант занят сложным экспериментом.
— Да, сэр.
Обстановка в вестибюле не изменилась. Я подошел к портье. Закончив болтать с горничной, он теперь вправлял мозги посыльному.
— В котором часу раздались выстрелы?
Портье вздрогнул от неожиданности и уставился на меня с открытым ртом.
— Язык цел, говорить можешь! Я жду!
— Я ничего не слышал.
— Уверен?
— Мне позвонили из соседнего номера и сказали, что за стеной стреляют. Я вызвал полицию, патрульная находилась недалеко, и они появились через две минуты. Извините, но я вас не знаю…
— Я из окружной прокуратуры. Говоришь, патрульная находилась рядом? Запомни, пройдоха, лейтенанты в патруле не дежурят.
Посыльный, стоящий рядом, решил вмешаться.
— Эй, Дикси. Скажи про конверт.
— Какой еще конверт? — скривил физиономию портье.
— Тот парень, который жил в триста двадцать четвертом, оставил тебе пухлый конверт, чтобы ты переправил его в Санта-Барбару.
— Я так и сделал.
— Не ври, Дикси, ты никогда не отправляешь почту, а оставляешь эти заботы на сменщика.
Я схватил портье за ворот.
— Слушай, яйцеголовый, я не люблю, когда со мной шутят. Хочешь загреметь в каталажку?
— Хорошо, хорошо! Я просто забыл про него. Этот парень не наклеил марки, и я подумал…
— Конверт, быстро!
— Да-да, конечно.
Он скрылся за перегородкой, присев на корточки, долго ворошил бумаги и извлек пухлый конверт нестандартного размера. На нем стояло мое имя и адрес. Я выхватил пакет из его рук.
— Но он мне забыл заплатить за услуги.
В этот момент с улицы в холл вошли два типа в черных шляпах. Они очень походили на тех, о которых Рик говорил по телефону. Осмотревшись, они направились в нашу сторону.
— Вам наверх, ребята, — крикнул я с деловым видом. — Третий этаж, комната 324.
Они замедлили шаг, переглянулись и повернули в сторону лестницы. Я успел разглядеть их лица, и у меня появилась уверенность, что эти мальчики работают не в полиции. Боюсь, что глазомер Рика обманул его.
— Ну а ты, приятель, — обратился я к посыльному, — покажи мне местные лазейки. Наверняка яйцеголовый не видел здесь посторонних.
— Идемте, сэр. Здесь есть служебный вход, он открыт круглосуточно.
Парень шел впереди, я следом. Боевой мальчишка, лет пятнадцати, понимал все с полуслова.
Мы прошли через дверь без надписи и попали в коридор. Слева находилась лестница с пыльными ступенями.
— Кто пользуется
