Муж лучшей подруги

ведёт в спальню, только потому, что Паша преграждает её своей мощной фигурой. Этого человека я больше не знаю — не понимаю на что он способен и как далеко может зайти. От неприятных воспоминаний нашей последней встречи по коже пробегает неприятный холодок. Однажды он уже ударил меня, не считая этот поступок чем-то из ряда вон выходящим, поэтому мой пыл угасает и я немного опасливо обхожу его фигуру, оказываясь у двери.
Когда ступаю в небольшую комнату покрытую полумраком, то с облегчением выдыхаю — Полина сладко спит на двухместной кровати, укрытая тонким одеялом. Она выглядит такой безмятежной и милой, что я не сдерживаюсь — подхожу ближе, провожу тыльной стороной ладони по мягкой теплой щечке и наклоняюсь, чтобы поцеловать. Хочется верить, что самое страшное позади — ведь для меня главное, что Полина жива и здорова.
— Не буди её, — строго приказывает Паша, стоя у меня за спиной. — Выйди, нам нужно поговорить.
Отходить от Полины не хочется ни на шаг, но я понимаю, что так просто бывший муж не отдаст мне её — нужны мирные переговоры, где я, конечно же, позволю ему видеться с дочерью так часто, как он того пожелает, только бы он не увозил её от меня навсегда.
Мы одновременно выходим из спальни, и Паша одним лишь кивком указывает мне на свободное кресло.
— Ну здравствуй, Лида. Ты влетела в номер так и не поздоровавшись со мной.
— Наша встреча произошла бы иначе, если бы ты не выкрал у меня ребёнка, — злобно шиплю в ответ, не сдержавшись. — Так не поступают, Паша.
Он смотрит на меня внимательно и долго, сложив руки на груди. Его взгляд не сулит мне ничего хорошего — ледяной, беспощадный. И мне впервые в жизни хочется, чтобы меня защитили, спасли, решили все проблемы вместо меня.
Пашка достает из бара бутылку коньяка, и откупорив крышку, находит в шкафу пузатый бокал. Плещет себе на дно немного янтарной жидкости и подносит к губам.
— Будешь? — я отрицательно мотаю головой и мечтаю только о том, чтобы поскорее забрать отсюда Полину и вернуться в ту жизнь к которой я привыкла. В жизнь без него. — Не забывай, Лида, что ты тоже от меня сбежала. Просто собрала вещи и улетела в Москву ничего мне не сказав. С моим ребёнком на руках.
Он залпом осушает бокал и прибавляет себе ещё порцию.
— У тебя теперь другая семья, Паш. Зачем тебе мы? — задаю ему интересующий меня вопрос.
Пашка тяжело вздыхает и опускается в кресло напротив. Я пытаюсь уловить в себе хотя бы отголоски былых чувств к бывшему, но внутри совершенно пусто. Он убил всю любовь к нему или же тех самых настоящих чувств никогда и не было?
— Ребёнок был не от меня, — сообщает Паша. — Я провел анализ ДНК и оказалось, что стерва обманула меня — повесила воспитание чужого ребёнка на мою шею.
Я не испытываю злорадства по этому поводу, но кажется, что, хотя бы так Пашу проучила жизнь. В конце концов, закон бумеранга никто не отменял.
— Мне очень жаль, — проговариваю почти беззвучно. — Но нашу семью поздно клеить, Паша. Всё давно в прошлом. Теперь у каждого из нас свои жизни, а к Полине ты всегда сможешь прилетать в гости.
Он опять усмехается. Проводит пятерней по волосам и осматривает меня с головы и до ног своими карими глазами.
— У меня с работой проблемы, Лид. Со сном проблемы. После того, как вы улетели всё пошло коту под хвост, — неожиданно откровенничает Паша. — Я понял, что был настоящим идиотом и ещё могу всё исправить.
От одной только мысли, что между нами может что-то быть, меня невольно передергивает.
— Нет-нет-нет, — отрицательно мотаю головой. — Не можешь, Паш.
— В таком случае — просто прилетать к Полине в гости для меня недостаточно, — проговаривает бывший муж начиная ставить условия.
— Что ты хочешь от меня? — устало обхватываю голову руками и потираю пальцами виски.
Кажется, начинается мигрень — за сегодняшний день столько всего произошло, что немудрено. Тем более конца нашему «мирному» диалогу не видно.
— Либо ты возвращаешься с Полиной и со мной в Питер, либо я постараюсь сделать так, чтобы дочь жила со мной. Помнишь же, что у меня родственники в суде работают? — он опять истерично хохочет и вновь себе наливает.
Настойчивая вибрация телефона в дамской сумочке заставляет меня встрепенуться. На дисплее светиться номер Миши, но я вру бывшему мужу, что звонит мама и поднявшись с кресла торопливо направляюсь в ванную комнату. Запираюсь на щеколду, включаю сильный напор воды и снимаю трубку. Руки дрожат от волнения, и я думаю о том, что… может попросить его о помощи? Чтобы он поговорил с бывшим мужем как мужчина с мужчиной, дал ему понять, что за меня есть кому заступиться. Нет, это конечно же глупо — мы с Мишей друг другу никто, просто знакомые, даже не друзья. Но когда я слышу