Муж за алиби

— Я вас оставлю? — Она посмотрела на Никиту и уловила в его глазах немой вопрос: «Ну как?» И еле заметно кивнула. Мол, ни о чем не беспокойся.
— Я завтра тебе позвоню, — сказал Владимир Иосифович.
«Ну это вряд ли», — подумала Вера и, попрощавшись, направилась к выходу. Еще половина дела сделана. Смешно, но, сколько ни делай, все равно остается все та же заклятая половина. Пока все не закончится. Пока не будет одержана полная и безоговорочная победа. Оглянувшись на выходе, она отметила, что Никита заметно нервничает. О чем-то подозревает? Но теперь уже поздно. Слишком поздно.

Но поделать с этим ничего было нельзя. Никита заметно нервничал, но такой уж сегодня выдался день. Один из самых важных дней в его жизни. Главное, ничего не забыть и ничего не перепутать. Выйти из дома часов в восемь, чтоб уж наверняка не опоздать. Перед тем как отправиться на встречу, зайти к Ниночке на работу, потом поговорить с Владимиром Иосифовичем, решить свои проблемы, а потом позвонить Наденьке. Дальше самое приятное, но об этом сейчас лучше не думать.
А думать только о встрече и о том, как она пройдет. Войдя в зал, он сразу же заметил их за столиком у окна, но виду не подал. Взяв паузу, стал озираться по сторонам. Выражение лица Владимира Иосифовича ничего хорошего не предвещало. Значит, Вере не удалось его уговорить. Что ж, надо идти. Выбора нет.
Он не мог не отметить, что Вера выглядит не так, как обычно. Легкое волнение придавало ей своеобразное очарование. Она стала похожей на женщину, а не на робота с признаками женского пола. А вот Владимир Иосифович явно злился.
— Добрый вечер. — Он присел за столик, напротив хозяина.
— Вера, мы еще вернемся к нашему разговору, сегодня нам помешали.
(«О чем это он?») Казалось, что и Вера ничего не поняла.
— Я тебе завтра позвоню, — сказал хозяин, и Никита про себя отметил: «Ого! Да неужели?» Эти интонации он понимал прекрасно. Когда мужчина хочет договориться с женщиной о свидании, то говорит это именно так, подразумевая: «Я тебе завтра позвоню». Вот она причина, по которой хозяин все равно ему откажет! Он просто ревнует! А Вера как бы и не поняла. Она направилась к выходу, оставив их наедине.
Но в дверях все-таки обернулась. Посмотрела она не на человека, который только что выдал себя С головой, а на того, кто собирался просто ее использовать. «Что поделаешь: женщина, — тайно усмехнулся Никита. — Все женщины таковы. И управлять ими очень просто, если у тебя в активе высокий рост, атлетическое телосложение, белокурые волосы и мужественная челюсть». Хозяин был толстым и лысым. Он смотрел на Никиту с откровенной злостью, так, что, глядя в налитые кровью глаза, ему захотелось взять красный плащ, взмахнуть им и сказать: «Торро!»
Повисла зловещая тишина. Никита смотрел на клетчатую скатерть и думал, что, если бы клетки были не красные, а черные, она была бы похожа на шахматную доску. В десять лет мама отвела Никиту в шахматный клуб. В крохотном захолустном городке не было других развлечений для ребенка не без математических способностей. Но Никита был ленив, он не стал чемпионом и с большим трудом заработал второй разряд. А потом и вовсе шахматы забросил. Почему же сегодня они вспомнил о них, глядя на клетчатую скатерть? Может быть, потому, что еще недавно за этим столом сидела Вера?
Поскольку хозяин молчал, Никита начал разговор первым:
— Я рад, что Вера устроила нам эту встречу.
— А я нет.
(«Хорошенькое начало! Счет в пользу противника! Крыть-то мне нечем!»)
— У меня возникли некоторые трудности…
— А я уже в курсе. И вот что парень: я очень уважаю Веру… — («Уважаешь! Как же! Да ты на нее давно глаз положил!») -… но спасать тебя не собираюсь. Более того, я собираюсь тебя так прижать, чтобы мало не показалось. Чтобы раз и навсегда отбить у тебя охоту заниматься бизнесом. Потому что ты — бездарность. Ты бездарность во всем, но природа щедро одарила тебя красивой внешностью. И скажу сразу, парень, что тебе это не поможет.
Хозяин говорил все это раздраженно, на повышенных тонах. Стоящий рядом официант замер со своим блокнотиком, не решаясь обратиться к новому гостю. Наконец Владимир Иосифович его заметил:
— Что-нибудь будешь заказывать? Надо отпустить человека.
— Пива. И все.
Официант исчез, хозяин посмотрел на Никиту с нескрываемой иронией:
— Что, с финансами туго? Может, тебя угостить?
— Нет, спасибо.
— Как хочешь… Мне надо выйти.
Владимир Иосифович встал и направился в сторону туалета. «Только бы не ушел совсем!» — подумал Никита. Ему предстояло еще одно важное дело. Но хозяин, видимо, тоже решил