Муж за алиби

прикрыл за собой двери. Было это примерно в половине двенадцатого ночи».
— Как раз в тот момент, когда мы с Надей ехали ко мне домой.
— Это может подтвердить только она. Как думаешь, мы достаточно подробно все написали? Осталось добавить несколько красочных деталей. Например, что он уронил голову на руль. Или что на полу гаража лежала разбитая бутылка бренди.
— Это правда?
— Да. Так и было. Кстати, напиши для достоверности. О том, что, когда джип въезжал, он зацепил стоящие у стены коробки, и одна из бутылок разбилась. Хм-м-м… Оказывается, наш покойный босс иногда выпивал в гараже с товарищами. Иначе, зачем ему там спиртное и закуска?
— Вера!
— Пиши!
Он вытер ладонью мокрый лоб. Когда же кончится эта проклятая жара! И этот мерзкий запах как от сгоревшей яичницы! Написал, поставил число, подпись, потом протянул бумагу Вере. Она взяла, внимательно перечитала:
— Ну вот и умница. Теперь эта ценная вещь займет место в банковском сейфе вместе с показаниями других свидетелей. Чтобы ты не сбежал от меня после свадьбы. Надеюсь, на этот раз ксерокопию делать не надо?
— Мне сегодня остаться?
Вера задумалась: это в ее планы не входило. Вернее, она продумала до мелочей весь сегодняшний вечер, но только до того момента, когда получит от Никиты заветный документ. Дальше у нее в плане была свадьба, а уж потом…
Между этим моментом и бракосочетанием ничего не было. Ноль. Пусто. А раз так, то прежде чем Никита останется у нее ночевать, надо все хорошенько обдумать.
— Знаешь что, милый, давай-ка мы выпьем шампанского! — стараясь казаться веселой и уверенной в себе, сказала Вера.
— Значит, остаться. Не сяду же я пьяный за руль?
Она получила вещь, которую так долго желала, но теперь не знает, что с этой вещью делать. Пятнадцать лет в ее активе абсолютный ноль! А точнее в ее личной жизни. Сказать ему об этом? А если представить на минутку, какое у Никиты после подобного заявления будет выражение лица? Вера была к этому не готова.
— Я сегодня неважно себя чувствую. Ну ты понимаешь.
— Понимаю. Критические дни?
Вера немного смутилась. Сегодня, спасибо рекламе, и любой ребенок детсадовского возраста знает про критические дни. Но женщины в отличие от жизнерадостных комментаторов за кадром все равно говорят об этом, понизив голос.
— Да, — кивнула она. — Ты, конечно, можешь лечь в большой комнате, на диване.
— У меня дома тоже есть диван. Зачем тебя обременять?
— Да, ты прав. Поезжай домой.
— Послушай, Вера, мы так и будем тянуть с этим до свадьбы?
— Тянуть с чем?
— С интимной близостью, если уж ты так деликатничаешь!
— Я не деликатничаю, я просто не готова… Мне надо подумать.
— Подумать?!
— Я тебя провожу, — Вера вскочила с кресла и решительно направилась к дверям.
Надо же! Учесть все, кроме такой банальной вещи! Кроме того, что он в этот же день захочет остаться в ее квартире на ночь! Как она это упустила? А ведь замуж собралась!
В прихожей Никита спросил:
— И когда я увижу свое алиби? Может, ты дашь мне номер ее нового телефона?
— Нет, зачем же? Я сама поговорю с Надей.
— А ты уверена, что знаешь, где она живет?
— Ни о чем не беспокойся. Ну все. Пока.
Уже стоя на пороге, он поцеловал Веру в щечку:
— Спокойной ночи. Невеста.
Когда Никита ушел, Вера вернулась в комнату и, схватив со стола полный бокал шампанского, рухнула на диван. Вот и все… Она победила. Надо уметь добиваться цели. Теперь надо продумать вечер, то есть первую ночь, которую Никита проведет здесь. С Василисой, что ли, посоветоваться? Что там говорится в ее умных книгах? Насчет ночи, наступающей после того, как завоеван любимый мужчина? Что с ним делать?…
…Он ехал домой и думал, думал, думал… Должен быть выход. Вера, без сомнения, придумала блестящий план, но он чувствовал, что какой-то изъян в нем есть. Ну давай, напряги мозги! Ведь речь идет об убийстве! Она подложила в бокал снотворное. Это факт, потому что он, Никита, его туда не клал. Но это же значит… Да!
В голове вертелось красивое нерусское слово: «рокировка». Шахматный термин. Когда ситуация становится угрожающей, король меняется местами с ладьей, прячется за нее и уходит изпод удара. Перед ним надежная линия защиты, три сцепленных друг с другом пешки. Рокировка. Туда-сюда. Король прячется. И уходит. Из-под удара.
О, Господи! Или он полный кретин, или полные кретины работают в милиции! Во всяком случае, это шанс. Вера — его шанс. Да здравствует Вера и ее коварство!