Мужчина моих грез

знать, что дало вам право так рассуждать обо мне?
— Пожалуй, интуиция.
В девушке вновь пробудилось разочарование, еще большее, нежели то, которое она испытывала в уверенности, что сегодня не встретится с герцогом. Это рассердило ее. Меган понимала, что все идет не так, как надо, и если она немедленно не уйдет, то скажет что-нибудь такое, после чего нельзя будет рассчитывать на будущее — если только герцог сам как-то не исправит положение.
— Кажется, я уже достаточно надышалась. Прощайте, ваша светлость, доброй вам ночи.
— Прошу вас, не так быстро, дорогая!
Не только слова задержали ее — его руки притянули Меган к себе так, что она оказалась почти у него на коленях.
— Я снова рассердил вас? — спросил герцог с нахальной усмешкой.
«Надо же быть таким идиотом, чтоб еще спрашивать», — подумала Меган, а вслух произнесла:
— Да, рассердили, и с каждой секундой я сержусь все больше. Позвольте мне…
— Я не хотел рассердить вас.
У девушки вновь появилась маленькая искорка надежды. Может, герцог был немного не в себе сегодня? Может, он рассчитывал видеть в ней более искушенную женщину, чем была Меган на самом деле, и зря она так обижалась на него?
— Чего же вы в таком случае хотели?
— Я мечтал многого добиться от вас.
Так она и знала! Он не мог не сказать этого! Теперь Меган едва ли захочется встречаться с ним.
— В каком смысле? — смело спросила она.
— Мне надоела моя любовница. Я хотел бы, чтобы вы заменили мне ее.
— Любовница?! — воскликнула девушка.
Герцог же, будто не услышав ее возмущенного крика, продолжал:
— Мне кажется, у вас это блестяще получится. Полностью не уверен, но мы могли бы попробовать. Пойдемте отыщем какое-нибудь укромное местечко в саду и там…
Звонкая пощечина прервала его возмутительные предложения. Меган отпрянула от негодяя. На этот раз герцог и не пытался удержать ее. Но девушка теперь не спешила уйти. Пощечина — это так мало. Ей хотелось высказать ему все ругательства, какие только она знала, повторить ему все характеристики, которые выдавал в его адрес Девлин: «развязный наглец, проходимец, растлитель малолетних», — но Меган так задохнулась гневом, что не смогла вымолвить ни слова.
Ей захотелось сорвать с него маску. В конце концов, если Меган не собирается больше иметь с ним дело, то и не будет потом раскаиваться в этом поступке. Как огорчали ее мысли о том, что она не увидится сегодня с герцогом, — и вот теперь девушка встретилась с ним, и ее огорчение от этого оказалось куда сильнее.
— Так вот вы где, мисс Пенуорзи. Вы обещали мне этот танец.
Девушка в растерянности обернулась, чувствуя себя так, будто ее застукали вдвоем с этим растленным человеком, а теперь она знала, что Эмброз Сент-Джеймс — человек растленный. Перед нею стоял друг герцога, маркиз Фредерик, которому Меган обещала следующий танец. А что, если и он такой же? Вполне возможно. Будет лучше, если с этих пор она станет избегать обоих.
— Сэр, вы водите дружбу с недостойными людьми, — объявила она маркизу самым холодным тоном. — Вот с такими, например. — И Меган указала пальцем себе за спину.
— С такими? — спросил маркиз Фредерик.
Видя его изумление, девушка нахмурилась, затем оглянулась и поняла, чему он так удивлен — сзади нее на перилах террасы уже никто не сидел.
Гнусный герцог Ротстон исчез, испарился без следа, даже куст на другой стороне перил не шевелился, чтобы свидетельствовать о его бегстве. Могла ли Меган подумать, что Эмброз Сент-Джеймс станет так вести себя? Нет, очень хорошо, что она познакомилась с ним. Теперь-то Меган точно знала — высокие титулы ничего не значат.

— Ну что же ты не скажешь: «Я же тебя предупреждала»?
Они приближались к дому, карета Робертсов медленно катила по дороге, лошади бежали убаюкивающим шагом. Какое-то время девушки ехали молча, покуда мать Тифани не задремала.
Тифани и сама уж было стала дремать. Мягкий, но настойчивый вопрос, заданный Меган, моментально заставил ее встрепенуться.
— Я и не думала, что ты до сих пор пережигаешь.
А Меган как раз ничем иным не была занята, она горестно переживала свою колоссальную глупость. Просто, рассказывая подруге обо всем случившемся, она сумела скрыть свои эмоции.
— Ну, скажи мне, что я дура. Я этого вполне заслуживаю.
— Нет, не заслуживаешь, — вежливо ответила Тифани. — И я не собираюсь издеваться над тобой. Возможно, я не показывала своих чувств, но в действительности мне очень хотелось, чтобы все было так, как ты мечтала. Уверяю тебя, я разочарована в Сент-Джеймсе