Мужчина моих грез

улучшилось после трюка у двери конюшни. Всякий раз, вспоминая, как выскочил Цезарь и как он встал на дыбы, едва не выбросив Девлина из седла, ей хотелось звонко смеяться. Жаль, что Девлин не вывалился из седла. Небольшой урок пошел бы ему на пользу.
Что же касается запугиваний, то молодому человеку приходилось приберечь их до следующего раза — если он только будет, этот следующий раз. Следующего раза не будет! Меган сыта по горло попытками запугать ее и еще покажет себя, она уже себя показала, сделав с ним этот изящный трюк у двери конюшни. Меган вздохнула. Кого она хочет обмануть? Саму себя? Этот человек слишком самоуверен, чтобы обращать внимание на какие-то там изящные трюки.

«— У него что-то на уме, Меган, иначе бы он не плелся за тобою след в след, ведь солнце-то уже порядочно взошло.

— Спасибо, я тоже отметила это.

— Но тебе хорошо было бы знать, что он замышляет. Приготовься дать ему отпор, а лучше избавься от его присутствия.

— Хорошо сказать — «избавься». Как?»

Ответа внутренний собеседник не дал, но девушка сама кое-что придумала и направила лошадь туда, где — а вдруг! — ей могла бы встретиться Тифани, и тогда можно будет приказать Девлину отправиться назад, в поместье. Но Меган знала, что в такую рань Тифани ни за что не выехала бы на прогулку. Скорее всего она сейчас мирно спит в своей кровати и правильно делает.
Придя к такому умозаключению, Меган повернула лошадь и направила сэра Эмброза в сторону дома, наконец позволив кобыле перейти на галоп. Если к тому времени, как девушка вернется на конюшню, Тимми уже будет там, она передаст ему сэра Эмброза и сразу побежит в дом, а Девлин пусть подавится своими «я же вам говорил».
Молодой человек не мог оставить без внимания скорость, которую она развила, и конечно же, уже кричал что-то ей вслед, возможно, чтобы она остановилась, но Меган не слышала его слов. Напротив, она еще больше подхлестывала лошадь и неслась все быстрее. Это заставило Девлина пуститься за нею в погоню. Девушка знала, что не может победить в этой скачке. Через несколько минут конюх настиг ее, и, к своему великому изумлению, Меган вдруг обнаружила себя сидящей на его коленях — Цезарь уже нес обоих седоков.
— Вы что, не слышали меня? — закричал на нее Девлин, переводя Цезаря с галопа на шаг, а затем и вовсе останавливая его.
С минуту Меган не отвечала. Кости у нее трещали, дыхание перехватило, она все еще никак не могла поверить, что конюх (!) осмелился прибегнуть к такому опасному способу привлечь ее внимание. Боже всемогущий! Ведь он мог запросто уронить ее!
— Вы могли уронить меня, болван!
— Никогда в жизни, милочка! — с ненавистью ответил он. — А теперь отвечайте мне!
Меган наконец посмотрела ему в лицо и, увидев, как сильно он разъярен, решила соврать:
— Нет.
— Что «нет»? Не хотите отвечать? Или…
— Нет, я не слышала вас.
— Лжете.
— Докажите, что лгу! — сказала Меган с довольно глупым видом.
— О Боже! — взорвался Девлин. — Если бы вы не были такой упрямой, своенравной, испорченной, глупой…
Девушка возмущенно перебила его:
— Ах вот как, вы решили перемыть мне косточки! В таком случае не худо и ваши почистить. Высокомерный, самонадеянный, наглый, грубый, невыносимый, бестактный! Ого! Вон как почернела вода после ваших косточек!
Секунд пять Меган с ненавистью смотрела прямо в глаза Девлину. Вдруг он расхохотался. Разумеется, его реакция еще больше вывела девушку из себя.
— Я не сказала ничего смешного. И немедленно спустите меня на землю! — приказала она.
— Поздно. Ваша кобыла ускакала. Или вы хотите идти пешком?
— Что угодно, только бы быть подальше от вас.
— Я забыл упомянуть о вашем безрассудстве, — сказал Девлин, качая головой.
— Ваше упрямство в сто раз хуже, — ядовито парировала Меган. — Ваше невыносимое упрямство. Немедленно отпустите меня, Джеффриз!
— Боюсь, что не могу исполнить вашу просьбу.
— Что?!
— Не упрямьтесь, Меган. До поместья не меньше мили. К тому же, вам раньше нравилось ездить на Цезаре.
— Но только не таким способом. Слушайте, если вы не сделаете то, о чем я вас прошу, то я… то я…
Девлин ждал, что же она скажет, но девушка ничего не могла придумать такого, чем его можно было бы сразить. Парень поторопил ее:
— То вы? То вы — что? Заверещите? — Он замотал головой,