Каково это — мечтать о балете, а оказаться сломанной игрушкой в руках незнакомого мужчины? Вещью? Оружием? А что, если вместе с неволей он вернёт тебе надежду? А может быть, всё наоборот?
Авторы: Дэвлин Джейд, Carbon
с вопросом, кто мы, чего нам надо и есть ли пропуск! Интересно, почему?
Пока мы шли по коридору к моей комнате, Макс решил меня проинструктировать:
— Стандартная легенда — появление родственников за границей. Будешь врать — ври об этом.
Я только хмыкнула. Нормальная легенда, ничем не хуже остальных, в миллионера- внезапно-посетившего-больницу-для-бедных-и-влюбившегося-насмерть-в- инвалидку я бы и сама не поверила.
— Комната номер семнадцать, слева у окна, — подсказала я в нужный момент. С ума сойти… не ожидала, что буду так волноваться — сердце колотится где-то в горле. А комната совсем не изменилась — четыре узкие кровати, четыре тумбочки, шкаф в торце, стол для занятий… только моя постель не застелена — голый матрас сиротливо прикрыт казенным покрывалом, подушки нет.
Макс убедился, что в пределах комнаты я вполне могу передвигаться, очень внимательно осмотрел моих соседок, с таким лицом, что мне самой стало любопытно — о чем он там думает, и ушел к Царице. А я присела на свою кровать и стала неторопливо собирать вещи из тумбочки. Господи, а что мне забирать-то?
Просроченные талоны на ужин? Протертые балетки? Стрептоцид в порошке, которым мы присыпали стертые в кровь ступни? Пару невзрачных свитерков?
Я перебирала все эти богатства и улыбалась сама себе. Потом решительно смахнула все в пакет и попросила Катю — ее кровать стояла напротив моей. — Выброси в мусорку, если тебе не трудно?
— Что, клад нашла, Жизель колченогая? — с внезапной злобой выпалила Катька, хватая пакет и с места швыряя его в сторону мусорной корзинки, стоявшей у двери. Пакет, естественно, порвался, и все мое сиротское добро посыпалось на пол.
Я пожала плечами — не мне же убирать, и ответила:
— Нет, это он меня нашёл. Точнее, нашли. Родственники из-за границы, очень состоятельные.
— Ну коне-чно, ты же принцесса! Только новую ногу тебе даже за миллион не пришьют, все равно будешь смотреть на сцену только из зала! Виллиса колченогая, ха! — вступила в разговор Нинель, десять лет протанцевавшая слева от меня, на кордебалетной планке. — Премьеру тебе не танцевать уже!
— Ох, Нинуш, ты прямо угадала, — я снова улыбнулась, вполне осознавая, что теперь моя улыбка больше похожа на оскал. — Новую ногу не пришьют, но полностью восстановят сустав по новейшей технологии, это очень дорого стоит, но стоит! Представляешь? А потом я посмотрю — может, Наталья примет спонсорскую помощь для Академии, и я доучусь, а может, просто соберу свою собственную балетную труппу. Открою школу — русский балет престижен во всем мире. Так что пусть Оля работает, выпускной спектакль все же, может, потом я даже возьму ее к себе.
Мама дорогая, вот это меня несет! Но остановиться просто не могу, глядя на эти кислые улыбочки и кивки через силу.
— Ну, приятно было повидаться, — я встала, и, стараясь не сильно хромать, пошла к двери. Больно… все равно больно. Но это такая мелочь — к боли я за десять лет привыкла. И вдруг остановилась.
Ну я так и знала. На тумбочке Нинели лежал…
— О, Нин, где нашла? Вот спасибо! Я уже думала, с концами посеяла! — и еще одну “радостную» улыбочку в лицо воровке. — Не возражаешь?
Еще бы она возразила. Это мои Виллисы! И они вернулись ко мне вместе с желанием жить! И бороться.
Даже бедро почти перестало стрелять острой болью при каждом шаге. Но далеко я все равно не ушла.
— Ты шшшто творишшшь? — тихо прошептали мне на ухо, подхватывая перед самым выходом из комнаты, — Лия, ходить пока нельзя, — Макс нахмурился и снова подхватил меня на руки. Ого, а почему я раньше не замечала, что он говорит будто с акцентом? — Где вещи?
— Вот, — теперь я улыбалась действительно искренне, прижимая к груди старый журнал с летящей балериной на обложке.
— Всё? — недоверчиво переспросил он, подозрительно посматривая на бардак у мусорного ведра. — Точно?
— Это все, что мне нужно, — еще раз кивнула я, покосилась на девчонок и доверчиво положила голову парню на плечо. Этакая сиротка Марыся на руках у прекрасного принца. Ха! Вот знали бы они! Но не знают! Так что пусть хлопают глазами и завидуют! Не красавчику, так “своей труппе» в будущем — кто чему хочет, пусть тому и завидует!
— Значит, домой, — Макс изобразил вежливый кивок головой в сторону девчонок и бодро зашагал на выход.
В холле первого этажа нас уже ждала точно половина интерната и сама Царица. Не знаю… сложные у меня к ней чувства. С одной стороны, она сделала из меня… меня. А с другой — выбросила без сожалений, как только ее “перспективная ученица» сломалась.
— Ну что же, я рада за тебя, — Наталья смотрела на меня прямо, и сразу
