Каково это — мечтать о балете, а оказаться сломанной игрушкой в руках незнакомого мужчины? Вещью? Оружием? А что, если вместе с неволей он вернёт тебе надежду? А может быть, всё наоборот?
Авторы: Дэвлин Джейд, Carbon
создать.
Секс… с больным ребёнком, от которого одни кости остались? Не смешите меня. А вот чувства… нужно собрать всё, что можно. Нежность? Да, такое я смогу найти. Желание защитить — тоже неплохой ингредиент. Жалость? За неимением лучшего и это подойдёт. Главное все это смешать в единый порыв, и передать глубоким физическим контактом! Самое смешное, что в нашей ситуации это может означать только одно — поцелуй. Что ж, возможно, в сказках о принцах и заколдованных принцессах есть своя правда.
Мои губы коснулись ее — бледных и обветренных, одновременно с этим я старался транслировать в ментал чувство безопасности, тепла….и весь тот коктейль чувств, что собрал ранее. Моё Оружие дёрнулось, слегка приоткрыло рот, впуская меня глубже — но не очнулось. Ржа!
«Лилия» — стараясь транслировать мысли как можно чётче и громче, позвал я, — «Просыпайся, ну же!»
Но девушка будто ещё глубже ушла в себя. Тогда… тогда попробуем по другому. Приказывать тут явно не вариант, эта самка вилорога назло будет упираться! Как тогда, с именем! Так… постойте-ка, а ведь ее звали совсем иначе! Вряд ли за сутки девчонка привыкла к другому обращению… Как же ее там…
«Юлия…» — слегка неуверенно позвал я, — «Юля, просыпайся…»
Ресницы оружия слегка дрогнули, и я, обрадовавшись хоть какой-то реакции, снова выпустил в ментал накопленные чувства. — «Ну же, давай девочка… Вставай, моя хорошая. Ты сможешь! Ты ведь так рвалась жить, неужели сейчас решила сдаться?»
“Еще две минуточки…” — вдруг сонно пробормотала девушка, и попыталась повернуться на бок, словно действительно просто спала. Я даже не сразу сообразил, что бормочет она в ментале. Похоже, тоненький и хрупкий, но всё же полноценный канал действительно установился. Односторонний, конечно, но это дело временное…
Слава Прародителям, кризис миновал! Осталось только дать толчок скверной. Слегка кивнув обрадовавшимся, как дети, целителям, я вновь прижался к ее губам, даже с некоторым удовольствием осознавая, что вся переданная мной скверна мгновенно усваивается. Абсолютно вся, до последней капли! Будто мы уже сотню лет партнёры, а не вчера первый раз столкнулись лбами. Так вот что значит эта неуловимая высокая совместимость…?
Да, вот так. А то взяла моду, мелкая ржавейка, от энергии отказываться, пропускать ее через себя как дырявое ведро, помирать мне тут… Эм… Странные мысли в голове гуляют. Похоже, у моей бедной нервной системы начался откат. Что не удивительно, за последние сутки ее как только ни таранили.
— Макс? — вдруг совершенно четко спросила девушка, напрягаясь в моих руках. — Макс?! — в ее голосе послышалась паника. От страха она даже зажмурилась.
— Все хорошо, — я слегка неуверенно погладил ее по мокрым волосам, — ты молодец… Юля. Ты Выжила.
— Макс! — девчонка открыла глаза и вдруг дернулась навстречу, буквально влипая в меня. Как ребёнок, обхватила обеими ручками-веточками поперек груди, уткнулась лицом мне в рубашку и разрыдалась. Вот только сжала не по детски крепко: и где только силы взяла? Ну ржа… и что теперь делать?
Юля
Темнота была похожа на пыльное, толстое, ватное одеяло из летнего лагеря. Оно наваливалась со всех сторон и душило, душило… я билась изо всех сил, брыкалась, отпихивала его руками. Тогда, в детстве, мне удалось вырваться и убежать, а сейчас…
“Юля!” — вдруг позвал кто-то, и вместе с голосом в темноту словно ворвался глоток воздуха.
«Юля, просыпайся!”
Так это сон? Всего лишь страшный сон? Но…
Голос шел откуда-то сверху, и я, повинуясь интуиции, оттолкнулась всем телом от душной темноты и медленно начала всплывать на звук, а потом и на слабый отблеск света. Медленно… еще немного… и проснулась.
Проснулась?!
Осознание случившегося прорезало мозг, как вспышка молнии, электричеством пробежало по нервам, заставило дернуться, сжаться, приготовиться!
А потом я поняла, что я уже не в кабинке для переодевания, и проклятущей занавески-душительницы рядом нет, а наоборот, есть какой-то дедушка в белом халате врача, и…
— Макс?!
Значит, он успел? Успел…
Облегчение и благодарность затопили с головой, им надо было дать выход, иначе меня разорвало бы на части. Как хорошо, что я смогла просто взять и разрыдаться. Как девчонка!
Я самозабвенно всхлипывала, уткнувшись в теплое, живое плечо своего кукольника, и слезы бежали ручьем, от одного понимания, что я могу просто реветь, и меня никто не отругает за это, не скривит брезгливо губы в ответ на слабость,
