Каково это — мечтать о балете, а оказаться сломанной игрушкой в руках незнакомого мужчины? Вещью? Оружием? А что, если вместе с неволей он вернёт тебе надежду? А может быть, всё наоборот?
Авторы: Дэвлин Джейд, Carbon
успокоилась, хотя внутри бушевала злость. Значит, он на охоту там шлялся, рисковал и слова даже не сказал? Напарничек, блин, душевная связь, чтоб его! И меня ни в бога душу мать не волнует, что сама я ни о чем не рассказываю Мастеру! Это он должен меня приручать! По идее… в идеале… короче. Козел. Рискует он, а мне тут малолетки какие-то эту новость сообщают.
— Поэтому я вызываю тебя, как и велят негласные правила благородных! — уперлась эта ослица. — И когда ты проиграешь… а ты проиграешь! Тогда я смогу официально приказывать тебе, как слабейшей! И…. посмотрим, кого выберет Мастер!
— Посмотрим, — кивнула я. — Принимаю вызов, Эллибель Норд, и заявляю, что считаю себя более достойной быть Оружием Мастера Максимиллиана Альвадора.
Шакти, подобравшийся ко мне со спины, уже нашептал, что если откажусь — пожизненно буду считаться среди Оружий и Мастеров чмом последним. Выберет ее потом Макс, не выберет, дело десятое. А вот моя репутация погибнет безвозвратно. Змей даже успел прошипеть, как примерно правильно ответить.
— В первый день следующей дюжины! — бросила мне удовлетворенная лучница, развернулась и утопала в сопровождении своих подпевал.
— Звездец, — мрачно сказал Кронтас, задумчиво почесывая переносицу. — На Мастера твоего мне положить, но если проиграешь, нас всех навечно пропечатают задротами.
— Теперь ты должна проследить, чтобы привязка не случилась за оставшиеся до поединка дни, — озабоченно сказал Виктор, подходя к нашей компании. — Ох, Юлька, говорил тебе, не высовывайся.
— Привязка, это — секс? — задумчиво переспросила я.
— Не только, но… в вашем случает, да. Вряд ли воспылаете за двое суток искренней и всепоглощающей любовью.
— Ну тогда это не проблема. У меня еще нигде по пять килограмм не отросло, — я невольно покосилась на свою недавно обозначившуюся грудь и хмыкнула. — А без такого довеска я Максу нафиг не нужна как женщина.
— Глупости, — пожал плечами Виктор. — Если мужчина нашел свою женщину, то все довески в мире никакой роли не играют.
— Ну, меня он пока не нашел.
— Ничего, — вдруг вмешался бывший ушастик, — ты тоже подрастешь и Мастер тебя полюбит, — вот вырос он, но наивность, даже с появлением мозгов никуда не подевалась.
— Угу, так и будет, -я уже ушла в себя, обдумывая перспективы, но Ужастику все же улыбнулась. — Ладно, на урок пора.
Этот учебный день закончился странно — на меня таращились почти все ученики из других групп и даже преподы. А воспетка вообще чуть не прослезилась, что не уследила, мол. Бедная деточка, бедная Лили… Юля. Арена для поединков место невеселое, а я еще слабенькая, и каналы наверняка не тренированные, и…
А я переглядывалась со змеем и думала, что с моими каналами урожденной дикарки лучницу ждет неприятный сюрприз.
Чего мне стоило вечером не вывалить все это Максу — отдельная песня. Но он был как всегда — равнодушен и заботлив по обязанности. За ужином, когда я бросила пару намеков насчет охоты — и не подумал откровенничать.
Ну, и я промолчала. Может, и глупо. Но его равнодушие уже бесило. Побоялась сорваться и устроить скандал с битьем посуды, очень уж хотелось раздолбать пару тарелок об его ослиную кукольную голову. Еще и балет он смотрел. Виллис моих читать полез без спросу… и все равно ничего не понял, дурак.
Какой там резонанс… может, и пусть бы забирала? А вот хренушки! Это мы еще посмотрим, кто из нас достойнее!
А Макс…
Порой мне кажется, что искусственные тут совсем не Касси с Хамлетом, а он. Уж больно мысли и поступки у него… как у рациональной машины. После того срыва, когда он объяснил мне возможные перспективы, Мастер был просто… ужасающе спокоен? Нет, скорее неестественен.
Максимиллиан
В это утро я проснулся не от привычного колебания уже изрядно надоевшего будильника на запястье, а от того, что у меня медленно уползало одеяло. Медленно-медленно, предельно аккуратно, но всё же…факт был на лицо.
Сбоку уже привычно пыхтела «Лилия», по-детски стараясь незаметно покинуть кровать, не издав ни звука. Мда…
даже в мыслях грациозное и нежное имя цветка теперь звучит как насмешка. Не ее это, вот совсем. Это как большеглазого, толстолапого и ласкучего щенка назвать Монстр и считать, что после этого он станет соответствовать.
Но, конечно, сдаться и признать своё поражение и недальновидность, как Мастера, даже в такой мелочи не хотелось… Что ж, как только она совершит что-то, хм, выдающееся, я торжественно соглашусь называть ее Юлия. Ну или не совсем выдающееся, а хотя бы достаточное для поощрения. Честно, надоело! Бодаемся
