Каково это — мечтать о балете, а оказаться сломанной игрушкой в руках незнакомого мужчины? Вещью? Оружием? А что, если вместе с неволей он вернёт тебе надежду? А может быть, всё наоборот?
Авторы: Дэвлин Джейд, Carbon
логики… что-то в них было. И, кстати, вот это желание Ирины быть в курсе отчасти объясняло ее благотворительность с кристаллом.
Рука потянулась вытащить сигарету… да ржа! Меня уже самого это пугает!
— Макс? — Юля аккуратно подёргала меня за рукав, — Давай, мы уже домой пойдём. Очень кушать хочется, позавтракала на нервах я плохо…
У Микаэля Самгина этот просящий взгляд получался намного лучше, но с учётом того, что моя барашка ещё ни разу ни о чем так мило не просила…кхм…
— Конечно, пойдём, Юля. Я только побеседую с ответственными за… хотя ладно, потом поговорю.
Юля
Ну трындец вообще у Ириски муженек. Я аж ошалела слегка, когда он меня довольно бесцеремонно подхватил и уволок — прямо как тот паук растанцевавшуюся муху. Только глазами хлопнула и рот открыла, когда этот железный человек поставил меня на травку и начал вещать:
— Ну здравствуй, Юля. Моё имя Микаэль, но можно просто Мик. Мастер Ирина ещё называет меня Кос, так как я — боевая Коса. Последнее время я очень много о тебе слышал, потому очень рад, наконец, увидеть вживую. — Он протянул свою огромную руку для рукопожатия. Ириска говорила, что он у неё дылда, но я даже не представляла насколько. Мой Мастер по сравнению с ним натурально комарик.
— Привет, — настороженно отозвалась я, незаметно косясь на оставленного Макса. Чего это вообще происходит? Не, за избавление от ментов мое Ириске большое мерси с разбегу, но дальше началась натурально непонятная фигня, и она меня напрягает.
— Ты не волнуйся, не съест мой Мастер твоего, — улыбнулся мужчина доброй улыбкой заправского людоеда. — Понимаю,что сейчас вам больше всего хотелось бы поговорить с друг другом, но, думаю… перед объяснением тебе лучше кое что узнать.
— Ммм, тебе не кажется, что все это смахивает на мексиканскую мелодраму времен советской бабушки? — уже с интересом спросила я. Ну вид у этого Коса был уж больно торжественный и при этом таинственный, ровно как у какого-нибудь Хуана- Диего из мыльной оперы в мелодраме, которую наша вахтерша тетя Клава смотрела с принесенной из дома кассеты на допотопном видике в холле.
— Хм, я не совсем понял, что значит этот оборот, надеюсь, ты мне не грубишь? — слегка хохотнул он, почесывая затылок, — Знаешь, Земля… твой мир достаточно сильно отличается от нашего. И судя по рассказам Ирины, ты ещё этого просто не осознала.
— Не, с чего бы мне грубить? — удивилась я. — А насчет отличий — это ты в точку.
Очень хотелось добавить, что они даже на мой не слишком опытный и невооруженный взгляд космически долбанутые товарищи, но я промолчала. Еще и правда решит, что я пытаюсь нагрубить.
— Я не собираюсь тебя уговаривать безоговорочно подчиняться, — начал он, вглядываясь в моё лицо. — Тем более, что и сам порой думаю, что многие правила нашего общество не более чем привычка и давно устарели, но всё же. Пойми, Юлия, мы жили по этим правилам сотни и тысячи лет. А потому любой окрик извне, что «ваши устои — ни на что не годятся» воспринимается, как минимум, враждебно. Тебе же неприятно, когда Мастер плохо отзывается о балете? Он ведь о нем, по- хорошему, ничего и не знает и судит даже не по обложке, а по одной грани, — он материализовал в руках маленький прозрачный куб и направил его на местное солнце, — а этих граней может быть более сотни. Так и ты пытаешься гнуть свою линию, не зная и тысячной доли этого мира. Нет… миров.
— Э, стоп, погоди, — я замахала у него перед лицом ладошкой. — Ты это… не увлекайся, пожалуйста, а то я, во-первых, пугаюсь, а во-вторых, не успеваю за твоей логикой. Извини, мне та многоногая амеба малость мозги подъела, и они еще не восстановились. Ты давай по пунктам, коротко, — я взяла у него из рук кристаллик, задумчиво погладила по той грани, которой он обозначил балет, и сказала: — Аналогия понятна в целом. Но связи пока не улавливаю.
— Ты боец, Юлия. Привыкший полагаться только на себя. Привыкший действовать, а не изучать и планировать… Во всяком случае, так о тебе отзывалась Мастер, — он немного задумался, подбирая слова, — Потому, только появившись в этом мире, стараешься отвоевать свою «свободу», — он поставил пальцем в воздухе кавычки, — «подмять все под себя», как у вас говорят.
— Нну… возможно, — я кивнула, задумавшись и вспоминая. — Я действительно так привыкла действовать.
— А зачем? Действительно, просто по привычке? — наклонил голову вбок Кос.
— Эм… — ни фига он вопрос ставит. Зачем человеку свобода? — Ну знаешь… у меня вообще-то жизнь была до того, как нехваткой скверны мне ноги покорежило. Хотя свободы в ней как раз было очень мало. Но я работала именно для того,
