Каково это — мечтать о балете, а оказаться сломанной игрушкой в руках незнакомого мужчины? Вещью? Оружием? А что, если вместе с неволей он вернёт тебе надежду? А может быть, всё наоборот?
Авторы: Дэвлин Джейд, Carbon
лекари ка-ак устроили карнавал с плясками и воплями, как отругали меня всякими медицинскими словами, что мне даже по-настоящему стыдно стало… как наехали на Макса… и мне опять стало стыдно, что ему из-за меня попадает.
По-моему, он совершенно обалдел, когда, мгновенно слопав половину принесенного им мясного крема, я вдруг остановилась, оценила его осунувшуюся физиономию и решительно вручила ему ложку.
— Эм… что-то не так? Не вкусно? — забеспокоился парень.
— Очень вкусно. А потому ешь, иначе скоро станешь тощее меня с такими нервами, — вздохнула я. И вдруг добавила, неожиданно даже для самой себя: — Хочешь, я тебя покормлю? Устал же?
Уй… Какие большие глаза у него стали! Только ради этого стоило предложить.
— Что, настолько плохо выгляжу? — грустно усмехнулся он, вернув глазам нормальный размер. — Похоже, мне действительно стоит хотя бы выпить чего-то бодрящего, раз даже моё Оружие пытается меня накормить,
— А что в этом неправильного-то? — не поняла я. — Если уж ты обо мне по- настоящему заботишься… то и я должна. Ты же МОЙ Мастер, а не чей-нибудь чужой. Слушай, может вызовем летающего робота? Мне в этой пакости еще полтора часа сидеть, — я ткнула пальцем в розовую жижу, в которую меня погрузили по пояс. — Хоть поедим по-человечески оба!
— А может тогда, ты сейчас доешь свой руф и вдвоём ляжем в медеску? Как после прошлого покушения? — Макс провёл пальцем по краю бадьи, стирая капли розоватого «киселя». (1bd23)
Я вдруг смутилась, вспомнив наше прошлое «погружение», и посмотрела на Макса искоса. Столько всякого после случилось… я почти забыла, как здорово было с ним обниматься, когда он не вредничает и не корчит рож из разряда «я Мастер».
— Давай… только суп ты доешь. Я сытая.
— Угу, — на удивление, не стал спорить Макс, и махнув целителям рукой на большую капсулу, забрал у меня из рук ещё тёплый стакан и выпил его практически залпом… эх. А было бы прикольно его с ложечки покормить.
Максимиллиан
Это странно, в прошлый раз укладывать на себя эту… этот мелкий набор костей было легко и просто. А сейчас я почему-то очень даже чувствовал, что у меня на руках девушка, и она, кхм… не совсем одета.
То, что на ней остались смешные шорты с круглыми желтыми рожами, помогало мало. Особенно если на них не смотреть. Откормил на свою голову… и почему у нее грудь появилась не тогда, когда это надо и уместно, а когда… кхм.
Самое смешное, что я вполне привык к Юлиному безразличию и отсутствию положенной для юной леди стеснительности, и в глубине души меня это даже восхищало, хотя на поверхность выходили другие ощущения — лёгкая досада и недоумение. Все-таки редко какая девушка совершенно не воспринимала меня как возможного партнёра. Такие, как Майя, не в счёт, и то… даже она смутилась бы, будь в полном неглиже.
Но почему-то сейчас, Юлия в моих руках начала вздрагивать, теплеть, краснеть и вообще вести себя не как полоумная малолетка, а как нормальная девушка. И взгляд у нее такой тоже стал странный, вроде оценивающий, но в то же время ускользающий.
Как будто все, что происходит, ее одновременно и дико интересует, и так же дико смущает. Ржа… похоже кто-то, наконец, разглядел во мне мужчину, а не подушку для объятий, вкусный Хран скверны или вредного начальника. Надо же… и года не прошло, заметила орбитальную станцию планетарных масштабов!
Ладно я, который гасил в себе порывы смотреть на больного ребёнка, как на девушку… сигаретами гасил, да. Но у одной мелкой барашки вроде с восприятием реальности было вполне сносно. Я-то думал, что она реально просто еще слишком маленькая, чтобы понимать… а теперь вот так прямо резко повзрослела?
С другой стороны, может, у нее был стресс все же был от смены обстановки? А после встряски на арене мозги на место встали. Кто теперь разберет… Женщины вообще очень странные существа, а мне досталась вообще уникальная особь повышенной невменяемости: женщина с планеты Земля.
Пока я обдумывал эту ситуацию, мое Оружие снова завозилось и еще сильнее покраснело, быстро спрятав зарумянившееся лицо у меня на плече. Мда… умные мысли умными мыслями, но тело они не остановят. Ржа, она специально что ли ёрзает? От этого ведь только хуже и пересчёт последних тварей скверны в голове, чтобы успокоиться, тоже не сильно помогает.
Юля неожиданно подняла голову и с очень близкого расстояния заглянула мне в глаза, внимательно так, испытывающе. И задала, кажется, самый неуместный вопрос, какой только в этой ситуации могла придумать:
